Мариона. Планета счастливых женщин

– Ну, как ты? Сильно ударилась?

Я ожидала любой реакции – слез, причитаний, истерики, но она вдруг начала смеяться, а потом ее аж затрясло от нервического хохота.

– Прикинь, я ему в морду заехала коленкой! У него даже челюсть хрустнула.

– А ты уверена, что это была его челюсть, а не твое колено?

Наконец-то рядом раздается тихий мелодичный голосок Зои, она тоже поднимается, но тут же кладет голову обратно на пол. Я ее понимаю, тоже сил нет.

– Девочки, а что это было?

– Мы столкнулись с айсбергом и скоро потонем.

Зоя хмурит тонкие светлые брови, ответ Лики ей совершенно не нравится:

– Какой тебе айсберг в космосе? Ты вообще в школе училась?

– Я «троечница» была, думала, красивым много знать не обязательно.

Лика все еще смеется, и я радуюсь за нее, уж лучше наигранное веселье, чем вопли отчаяния. Странное ощущение – вроде положение хуже некуда, а тянет улыбаться назло бедам. Но Зоенька, конечно, молодец, этакий стойкий оловянный солдатик.

– Девочки, а вы песню помните? «Земля в иллюминаторе видна, как сын грустит о матери, грустим мы о Земле – она одна…».

Лика сразу возмущенно фыркает, собирая длинные волосы в хвост.

– Ага! Ты бы еще вспомнила: «Врагу не сдается наш гордый „Варяг“…». Я вот одно поняла – я эту сволочь скоро зарежу или отравлю. Сука, он мне за все ответит!..

Лика, и правда, красивая, у нее почти модельная внешность. Высокая, поджарая блондинка, личико кукольное, волосы ухоженные, а ругается, как забулдыга, вон, даже сдержанная Зоя поморщилась.

– Ли-ика… перестань.

– А что Лика-то? Они думают, прилетели на своей космической тачке, забрали нас как цыплят и будут всяко-разно издеваться? Нет, вы как хотите, а я для себя уже все решила. Я в следующий раз притворюсь паинькой, войду к нему в доверие и при удобном случае грохну его, короче. Как-нибудь изощренно. И насрать, что мне потом за это будет!

Почему-то вдруг стало смешно.

Когда бесшумно открылась дверь, и к нам ворвался тот самый «лысый урод», мы хохотали в голос, обнимая друг дружку. И почему-то уже ничего не боялись. Наверно, совместный шок… Один на троих.