Неукротимая

Я не хочу, чтобы первый раз это случилось в лагерном бараке. Понимаешь?

Она перехватила его испуганный взгляд и зажмурилась от стыда.

– Найди мне немного воды, я сейчас умоюсь.

Кауми достал из портфеля еще одну пластиковую бутыль и влажные салфетки. Он всегда был предусмотрителен и готов оказать мелкие услуги друзьям. Но в эту ночь Тари просила невозможного. Растрепанная, измученная девушка вызывала в нем только сочувствие и горечь, а вовсе не вожделение. Кауми Чагоро был настоящим эстетом.

Родные строго запретили ему посещать Тарико Сан, а он все равно пришел, разве одно это не говорит о мужестве и чести бывшего жениха.

– Мне больше некого просить, ты же знаешь, – словно оправдываясь, сказала Тарико, и не дождавшись внятного ответа, рассеянно оглядела каморку.

– Смотри, у стены есть лавка. Ты сядешь на нее, а я… или как-то иначе.

– Пожалуйста, перестань! Я не животное, и не стану пользоваться твоим отчаянием, – глухо пробормотал Кауми, принимая вид возмущенной добродетели.

– Сказал бы правду, что не хочешь меня как тогда, в саду на дне рождении Йори.

Ну, вспоминай! Мы спрятались в беседке и целовались, пока ты не стал жаловаться, что тебе больно. Мне нужно было уступить, пожалеть тебя… Я тоже очень этого хотела и мне было тяжело говорить «нет». Может, если ты хоть немножко вспомнишь тот вечер, сейчас все получится? Скажи, что мне сделать? Я сниму одежду.

– Ты замерзнешь, Тари.

– Это не важно. Какие глупости ты говоришь.

Она плавно приблизилась к нему, чаруя ласковой улыбкой и блестящими глазами – прежняя веселая говорунья и фантазерка.

Любимая без малейшего изъяна. Кауми обнял ее, изо всех сил стиснул гибкое, послушное тело, нашел мягкие губы. Ах, если бы вернуться назад в тот весенний день, когда поцелуи кружили голову, заставляя забыть о времени и месте! Что ему тесная будка и скамья в присохшей рыбьей чешуе…

И все-таки это противно, неестественно, гадко. Как может деликатная, нежная Тари требовать от него интимных услуг на краю бездны? Он не готов прыгнуть за ней, а значит, ни к чему мучить себя напрасно.

– Нам следует покориться судьбе. Может, все еще обойдется.

– Мы были больше друзьями, чем возлюбленной парой, правда? – она странно усмехнулась. – Хорошо, что не стали мужем и женой. Невзгоды растащили нас по разные стороны улицы, ты пойдешь в свой департамент, а меня зашвырнут гораздо дальше. Что я должна подписать? Глаза закрываются, потом попытаюсь заснуть.

Кауми мысленно возблагодарил богов.