Где же Лизонька?

Она вокруг него лебедушкой плавает, изгибается, урчит, интересничает – а он в лучшем случае профланирует мимо к миске, а то и оплеуху ей вкатит лапой; она, бедная, отойдет в сторонку и глядит на него преданными глазами. Иногда, правда, дождется и ласки с его стороны – лизания головы между ушами… Дивная пара!

Гараж находится в доме, зимой достаточно тепло, но я все-таки кладу маленькое электрическое одеялко в качестве подстилки для Ляли. Как правило, Кубрик его не занимает: он толстый, меховой, ему и так жарко.

«Не мой» Кузя – имеет доступ в котельную и прилегающую комнатушку – пришел от соседей, где тоже был «не свой», а так – на постое. А потом соседи завели собаку, которая ненавидит котов. Ему пришлось уйти. Ошивался в соседних дворах, я его тоже подкармливала. В округе только частные дома, подвалов в открытом доступе – прибежища городских кошек – нет; и однажды, поздним вечером, в мороз, в свете уличного фонаря я увидела, как под елкой он зарывается на ночь в снег от холода… А что бы вы сделали?

Чуня – самая миниатюрная и самая старшая.

Красавица и умница Маша – в предках были персы, она удивительно красивой раскраски: рыжее, белое и дымчато-серое. Морда ровно посередине прямой линией разделена на рыжую и дымчатую часть. Пришла беременная, исхудавшая до того, что слово «гладить» не соответствовало действию: рука переваливала по буграм хребта.

Сейчас «мое» зверье уже уселось повыше на лестнице и осуждающе смотрит на меня сверху вниз, наблюдая за моими передвижениями по прихожей. Наконец, процесс прихода с работы – переодевание, мытье рук и другие сопутствующие действия – закончен.

– Ну, гаврики, ужинать! – взываю я.

Раз! – и небольшое стадо котов, преследуемое одной большой собакой, мгновенно взлетает на второй этаж, на кухню – ужинать!

Ужин

Банка с кормом из курицы – на троих, на трех разных тарелках, – котам.

Вид занятых делом, лопающих котов, тремя радиусами торчащих из одного центра с плошками, – живописнейшая умиротворяющая картина.

Первым получает еду Кубрик, потом – кисям.