Ким

– Аллах! Лама! Красный Лама! Далеко от Лагора до проходов в горах! Что ты делаешь здесь?

Лама машинально протянул чашу.

– Проклятие Бога на всех неверных! – сказал Махбуб. – Я не подаю вшивому тибетцу; попроси у конюха, он вон там, позади верблюдов. Может быть, они оценят твои благословения. Эй, конюхи, вот тут ваш земляк! Посмотрите, не голоден ли он.

Бритый конюх, пришедший с лошадьми, отказавшийся от буддизма, подобострастно встретил ламу и низким горловым голосом умолял Служителя Божьего присесть к костру, разведенному для конюхов.

– Иди! – сказал Ким, слегка подтолкнув ламу, и тот пошел, оставив Кима у монастыря.

– Иди! – сказал Махбуб Али, возвращаясь к своему куренью. – Беги прочь, маленький индус! Проклятье всем неверным! Попроси у тех из моих слуг, которые одной веры с тобой.

– Магараджа, – захныкал Ким, употребляя индусскую форму обращения и вполне наслаждаясь ситуацией, – мой отец умер, моя мать умерла, мой желудок пуст.

– Проси у моих слуг, говорю я. Там должны быть индусы.

– О, Махбуб Али, да разве я индус? – по-английски сказал Ким.

Торговец ничем не обнаружил своего удивления, но взглянул из-под густых бровей.

– Маленький Всеобщий Друг, – сказал он, – что это значит?

– Ничего. Я теперь ученик этого святого человека, и мы идем вместе в паломничество в Бенарес, как говорит он. Он совсем безумный, а я устал от Лагора. Мне хочется нового воздуха и воды.

– Но у кого ты служишь? Зачем пришел ко мне? – Подозрительность слышалась в его грубом голосе.

– К кому же другому мне было идти? У меня нет денег. Нехорошо бродить без денег. Ты продашь много лошадей офицерам. Очень хороши эти новые лошади, я видел их. Дай мне одну рупию, [4 - Рупия – 1 фунт стерлингов 10 шиллингов.] Махбуб Али, а когда я разбогатею, я заплачу тебе.

– Гм, – сказал Махбуб Али, быстро соображая что-то. – Ты прежде никогда не лгал мне. Позови этого ламу, а сам встань в тени.

– О, наш рассказ будет одинаков, – со смехом сказал Ким.

– Мы идем в Бенарес, – сказал лама, как только понял, куда клонит Махбуб Али.

– Может быть, а мальчик?

– Он мой ученик. Я думаю, он был послан мне, чтобы привести меня к этой реке. Я сидел под пушкой, когда он внезапно подошел ко мне. Подобные вещи случались со счастливцами, которым давались указания. Теперь я припоминаю, что он говорил, что он из здешних – индус.

– А его имя?

– Я не спрашивал его. Ведь он мой ученик.