Четвертое крыло

Затем он наклонился еще ближе.

– Устранить врага до битвы – это очень умно, вот что я тебе скажу, – прошептал он, и его теплое дыхание вновь коснулось моего уха.

О боги. Он знает, что я делала. Боль в руке – ничто по сравнению с тошнотой, подкатывающей к горлу при мысли о том, что он может сделать с этим знанием.

– Проблема в том, что если не проверять себя во время вызовов, – он провел кинжалом по моей шее, но теплой струйки крови не было, поэтому я знала, что он не порезал кожу, – то ты не будешь становиться лучше.

– Ты бы предпочел, чтобы я умерла, без сомнения, – ответила я, вжимаясь лицом в коврик.

Это было уже не просто больно, а унизительно.

– И лишиться удовольствия от твоего общества? – усмехнулся он.

– Я, блядь, ненавижу тебя, – слова вылетели раньше, чем я успела закрыть рот.

– Не ты одна, так что это не делает тебя особенной.

Давление ушло с моей груди и руки, когда он поднялся на ноги, отбрасывая кинжал в сторону Даина.

У меня остались последние два, и теперь возмущение и гнев намного перевешивали страх.

Не обращая внимания на протянутую руку Ксейдена, я встала на ноги, и его губы скривились в одобрительной улыбке.

– Гляди-ка, да ее можно учить.

– Она быстро учится, – ответила я.

– Это еще предстоит проверить.

Он отступил на два шага назад, оставляя между нами небольшое пространство, прежде чем снова ткнуть в меня пальцем.

– Ты и так уже показал всем, что охеренно крут, – сказала я достаточно громко, чтобы Имоджен со свистом втянула воздух.

– Поверь мне, я только начал. – Он сложил руки на груди и качнулся на пятках, явно ожидая, когда я начну действовать.

Я не думала. Я просто нырнула вниз и ударила его сзади под колени. Ксейден упал, как срубленное дерево, и звук удара его тела о мат показался мне более чем приятным… Но, ни мгновения не медля, я кинулась следом, пытаясь поймать его в удушающий захват. Ведь неважно, насколько велик противник. Важно, что человеку любого размера нужен воздух.

Но вместо того, чтобы хватать меня за руку, он извернулся, уцепился за заднюю часть моих бедер, так что я потеряла преимущество, и мы покатились. Ксейден оказался сверху.

А как же иначе.

Его предплечье уперлось мне в горло, не перекрывая воздух, но определенно способное это сделать, а его бедра прижали мои. Ксейден замер, неподвижно устроившись между моими раскинутыми ногами.