Сёстры меча и песни

Его распущенные, доходящие до плеч волосы были темно-каштанового оттенка. Черты лица – резкими, но гармоничными, словно бог долго раздумывал над ними. Его брови казались изящными, даже когда парень хмурился, они нависали над парой необычного оттенка глаз. Один глаз был карий, но другой, казалось, был раздвоен: верхняя половинка радужки была коричневой, а нижняя – светло-голубой. Эти разные глаза пронзили Эвадну, и в ответ она лишь опустила взгляд и посмотрела на его наряд.

На нем был отороченный синими квадратами белый хитон и накинутая на плечи мантия цвета индиго, которая была пристегнута булавкой с божественным символом.

Эвадна встревожилась, признав в нем мага, а когда посмотрела на его руки, увидела на среднем пальце блеск серебряного кольца.

Эва отвела от него глаза и сосредоточилась на одной из поддерживавших потолок величественных колонн. Но она по-прежнему чувствовала, что маг оценивает ее, и от его пристального взгляда кожу девушки начало покалывать.

Ее домотканая одежда промокла от пота, и Эвадна принялась считать свои вдохи, дабы укротить бешено колотящееся сердце.

Собрание накрыла еще одна волна тишины.

Тишины, которая буквально душила и которую нарушил металлический звон цепей, сначала слабый, но становящийся все громче и громче.

Наконец-то прибыла Хальцион.

Ее вывели из задней части зала, чтобы толпа могла следить за тем, как она приближается к архонту. Эвадне ничего не удалось разглядеть за головами людей, пока Хальцион не добралась до своего места. Сестру сопровождали держащие под руки стражники.

Она была закована в цепи: даже после того, как ее выпороли и заключили под стражу, Хальцион излучала силу, и им приходилось искать способы подчинить ее.

Потрясенная, Эвадна увидела, что Хальцион лишилась волос, – ее побрили, и на голове осталась бледная тень, оставшаяся от ее темных волос. Мешковина, которую она носила, была выпачкана грязью и запекшейся кровью, а ноги – босы и покрыты грязью.

Эвадна могла только представить, насколько болезненным казался для нее каждый шаг, ведь рваные раны на ее спине так и не зажили.

Но Хальцион не выглядела сгорбленной и сломленной. Она шла с высоко поднятой головой, словно не чувствовала боли.

Эвадна думала о том, как часто она гордилась своей старшей сестрой. Как Хальцион побеждала в забегах в горах, как одним ударом сбивала мерзких мальчишек с ног. Но этот момент, когда ее сестра, несмотря на ситуацию, сохранила свои достоинство и честь, затмил все предыдущие.