Сёстры меча и песни

Белые столпы мерцали на свету, дым лениво взметался к облакам. На лестнице уже стоял Бахус, наблюдая за их приближением.

– Лорд-командующий, – поприветствовал священник.

– Господин священник, – отозвался командор, когда Хальцион с трудом поднялась по каменным ступеням.

Наконец, запыхавшись, она добралась до вершины. Она почувствовала взгляды мужчин, что переместились на нее; обе пары глаз были непроницаемы.

– Отдельная комната? – спросил Стратон.

– Сюда, милорд, – сказал Бахус, жестом приглашая их следовать за ним в узкий коридор, который вел к арочной двери из ясеня с резьбой в виде фавнов и оливковых деревьев.

За дверью находилась небольшая комната – скудно обставленная спальня священника, где ютились набитый сеном тюфяк, табурет, заваленный свитками стол и жаровня, в которой еще теплились угли.

В этой самой комнате Хальцион и Ксандер встречались со священником несколько недель назад. Когда Бахус покинул их, закрыв за собой дверь, воспоминание пронзило ее, подобно лезвию ножа.

Стратон избегал смотреть на нее.

Почувствовав себя так, будто превратилась в тень, она опустилась на пол и свернулась калачиком; последние силы покинули ее.

Хальцион слышала его дыхание, такое же изнеможенное, как и у нее. Словно лорд наконец-то сбросил маску и показал, как сильно он в самом деле устал. Он больше не скрывал своего разочарования. Его сердце было разбито, – разбито уже несколько дней, – а лицо выдавало страдания.

Если у нее и существовал шанс попытаться объяснить ему, что произошло, почему она сбежала… то только сейчас.

– Лорд-командующий… Я сожалею.

Он напрягся. По-прежнему не смотрел на нее.

– Ты сожалеешь о том, что случилось, или о том, что не удалось сбежать?

Его слова ранили. Хальцион задумалась: действительно ли он считал, что она не раскаивается в убийстве Ксандера?

– Неужели вы так плохо меня знаете, командор?

Стратон слова проигнорировал.

И она, заскрипев доспехами, поднялась на ноги.

– Это вы обучали меня последние восемь лет. Вы выбрали меня для этого, командор.

Вы выбрали меня, как выбрали Ксандера, и если вы думаете, что я изменилась за одну ночь, что обратилась в существо, у которого нет ни морали, ни чувств, тогда и вы – не тот человек, за которого я вас принимала.

Он повернулся и уставился на нее. Но она заметила в его взгляде слабый отблеск уважения. Ее слова заставили его задуматься о том, к чему мужчина приложил руку: он выбрал именно ее из тысячи возможных вариантов. И выбрал Ксандера.