Невинная обольстительница

И она шагнула внутрь кабины, не оглядываясь и желая всей душой, чтобы дверцы побыстрее закрылись и он не успел войти за ней следом.

Рейна хотела, чтобы сердце ее перестало биться так сильно. Она не шутила, когда сказала, что он похож на греческого бога. Он весь, от черных волос и глаз до атлетической фигуры, казался воплощением мужского совершенства. Весь банкет она не могла оторвать от него взгляда. Как Хлоя его называла? Кажется, Акис.

Подружка невесты, с которой он танцевал, была явно очень огорчена, когда он ушел от нее и направился к столику Рейны.

Единственный раз ее все-таки сфотографировали – они с Акисом выходили из отеля и садились в его лимузин. Папарацци следили за ним, а не за ней.

Радуясь, что прием закончился, Рейна зашла в свой номер. К ее удивлению, на телефоне мигала лампочка. Возможно, звонили из администрации. Она доковыляла на костылях до кровати и сняла трубку, надеясь, что не случилось ничего плохого.

Оказывается, сообщение ей оставила мама Хлои – Нора Милонис. Завтра утром она собиралась прислать за ней машину и настаивала, чтобы оставшееся время Рейна пожила у них.

«Будь готова к девяти часам. И пожалуйста, больше никаких отговорок».

Рейна знала, что ее пригласят. У нее стало тепло на сердце, и настроение сразу поднялось.

Она позвонила горничной, чтобы ей принесли лед, легла, положив ногу на подушку, и включила телевизор.

По-английски Акис говорил с сильным греческим акцентом, который она нашла очень трогательным. Он не сделал ничего особенного, но тем не менее смутил ее чувства, дремавшие после того, как она уличила мужа в измене. Взгляд, которым он смотрел на нее вчера и сегодня, заставил ее впервые за эти годы почувствовать себя живой.

Почему именно этот мужчина? И именно сейчас? Рейна не могла понять, чем именно он так ее пленил.

Рейна собиралась вернуться в Калифорнию в самое ближайшее время, но этому помешала больная нога.

Глава 2

– Здравствуйте, Гален.

Продавец поднял голову:

– Здравствуйте, Гианополос! Какой сюрприз. Я ждал вас только на будущей неделе.

Гален напоминал Акису себя самого в юные годы. Он с рвением относился к своей работе и усердно выполнял ее. До сих пор Акис не имел оснований для недовольства.