Линия грома

Разомлев после горячего душа, она завернулась в мохнатый халат, что дала ей заботливая Наталья, пусть тот и был изрядно велик, намотала на голову полотенце и собралась зайти на кухню за тёплым молоком с печеньем, которое та ей пообещала. Едва она вышла в коридор, как нос к носу столкнулась с пузатым хихикающим сослуживцем с неизменной кружкой в руке, что и сейчас была при нём.

– О! А у нас тут и девочки есть! Иди ко мне крошка! – осклабился он, прижимая её своим животом к стене.

– Отстань дурак! – фыркнула она.

– А то что? Мамочке пожалуешься? – свободной рукой он попытался задрать халат.

– Зачем мамочке? И сама справлюсь, – Полина с силой дёрнула его за прядь длинных сальных волос, что болтались неопрятными сосульками, хоть прикосновение к ним и вызвало у неё чувство брезгливости, пнула по ноге и оттолкнула, тот от неожиданности потерял равновесие и повалился на пол, кружка расплёскивая остатки кофе покатилась по полу сопровождаемая гулким эхом.

– Что случилось? – на шум из кухни выбежала Наталья.

– Да вот, боец споткнулся, – невинным голосом произнесла Полина. – Видимо физподготовка страдает, нужно больше тренироваться.

– Ну, сука, ты у меня ещё получишь! – прошипел он сквозь зубы, медленно поднимаясь, отряхнул штаны, поднял кружку и направился в казарму.

– Полина, если что не так, сразу мне скажи, – Наталья озабоченно заглядывала в глаза девушке. – Тут ведь мужики одни, они хоть и со странностями, но лучше уж сразу окоротить, иначе и до беды недалеко.

– Всё хорошо, тёть Наташ, – уверила она.

Наталья, размашисто орудуя шваброй и тихо ворча убирала пятна кофе с пола, Полина прошла на кухню, налила себе в кружку тёплого молока, прихватила тарелку с печеньем и отправилась восвояси. Она никак не могла избавиться от детской привычки – молоко перед сном, да если честно и не хотела, и была рада, что Наталья её понимает.

Вскоре пришёл Потап, он подсушил полотенцем короткий ёжик свежевымытых волос, раскинул полотенце на стуле, а сам завалился на кровать.

– Ну, рассказывай, что на самом деле случилось? – с усмешкой спросил брат.

– Да толстопузый приставать начал, – отмахнулась она, – я и не сдержалась.

– Это который?

– Тот, что вечно с кружкой ходит. Боится, что сопрут? – ухмыльнулась она.

– Это Грязный Гарри.