Маджар. Киноповесть

Жду вас обратно через два месяца с обстоятельным докладом.

Внезапно губернатор подошел вплотную к Михаилу и посмотрел ему прямо в глаза.

– И запомни крепко-накрепко – ежели струсишь и с пути обманным путем ненароком решишь возвернуться, тогда не взыщи, накажу тебя по всей строгости. Уразумел? Али нет?

– Уразумел, ваше превосходительство – с угрюмой безысходностью промолвил Некрасов.

– Тогда ступай, до утра можешь переночевать в бане казенной, на полатях. Караульный тебе покажет, – строго закончил разговор Татищев и вызвал караульного.

Глава 3

Наступило утро. Через маленькое оконце в баню проникли ранние лучи солнца. На голых деревянных полатях тревожным сном спал Михаил. С третьими петухами он, наконец, с неохотой приоткрыл глаза и морщится спросонья: все его тело затекло и болит от долгого лежания на деревянных досках.

Немного размявшись, он зачерпнул старым прокопченным ковшом воду из стоящей у окна кадки и сделал несколько глубоких глотков. Вода отдавала тиной.

Увидев вышедшего во двор Михаила, ему навстречу от коновязи, у которой уже стоят две оседланные гнедые лошади, поспешил Андрей Голохвостов, коренастый загорелый мужчина с военной выправкой и пышными соломенными усами.

– Ты будешь Михаил Некрасов? – спрятал в усах добродушную улыбку Голохвостов.

– Да, он самый, – рассеянно кивнул Некрасов.

Андрей дружелюбно улыбнулся и крепко пожал руку Михаилу.

– Ну, давай тогда знакомиться. Я буду Андрей Голохвостов, кондуктор инженерного корпуса. От губернатора получил приказ быть с тобой в сопровождении. Неделю тебя тут дожидаюсь, думал, не приедешь уже.

Михаил с трудом освободил свою ладонь из крепкого рукопожатия кондуктора и обреченно вздохнул.

– Ну, что ж, будем знакомы.

– У меня все готово к отъезду, – доложил Голохвостов, – можем выезжать. Ты готов?

Михаил загрустил, вспомнив о предстоящем путешествии.

– Может, сначала перекусим перед дальней дорогой, а то я со вчерашнего полудня ничего не ел. Говорят, губернатор распорядился нам в дорогу провианту выдать.

– И то правда, – согласился кондуктор, – пойдем к лошадям, там еда припасена, там и поешь. А то на пустой живот дорога тебе и впрямь не мила будет.