Твой любимый киллер

– Пожалуйста… Пожалуйста, не надо… У меня семья. Я вас умоляю…

Я видела, что на его глаза потихоньку начинали выступать слезы.

– Думаете, мне есть дело до вашей семьи? – В моей душе поначалу было только равнодушие по отношению к нему. – Вам же нет дела до того, как живут люди в вашем городе. Вам же есть дело только до их денег. – А потом он посеял у меня внутри зерно презрения.

Он поднял на меня взгляд своих покрасневших глаз. Его лоб при этом покрылся складками, а крылья носа то расширялись, то сужались.

Вообще это был человек с довольно плотным телосложением. У него был и большой живот, и второй подбородок. Он чем-то мне напоминал трусливого хомяка.

Волков нервно усмехнулся и с нескрываемым страхом спросил:

– А вы считаете, что зарабатываете деньги честно? Я прекрасно помню, сколько заплатил вам.

– Вы сами ответили на мой вопрос. Я эти деньги заработала. Убийство – это тоже труд. А вы их украли.

Его руки нешуточно затряслись, а сам он просто начал умолять меня пощадить его.

– Я прошу вас! Пожалуйста… У меня дочь…

Я жестом подозвала Лизу, которая все это время стояла позади. Волков был удивлен, что, помимо меня, в доме еще кто-то есть.

– Налей воды нашему клиенту, – попросила я ее. – Где у вас тут кухня?

Лиза и я были в перчатках на случай, если придется что-то трогать, поэтому я не боялась, что она оставит где-то свои отпечатки.

– Моя жена бросила меня не так давно… Я очень любил ее… И до сих пор люблю, – истерично продолжал он.

Лиза принесла стакан. Я не стала дожидаться, пока она поднесет его слишком близко, а сама подошла к ней, продолжая держать Волкова под прицелом. Он не следил за моими передвижениями, продолжая умолять о пощаде. А я достала из кармана закрытый флакончик с желтоватой жидкостью и вылила его небольшое содержимое в воду. Затем я взяла у нее стакан и поставила на стол.

– Успокойтесь, – холодно произнесла я.

Он протянул свою трясущуюся руку, схватил стакан и принялся жадно пить. Осушив его до дна, Волков в ожидании уставился на меня.

– Вы застрелите меня? – вдруг спросил он, что натолкнуло меня на мысль, что он все же почувствовал, что с водой что-то не так, хотя я и прекрасно знала, что человек вряд ли сможет распознать этот яд на вкус.

Я отрицательно покачала головой.