CUPHEAD. Хаос на карнавале

 – Мне, конечно, очень жаль, Гильда. Но я совершенно уверен, что это случайность.

– Случайность? Это трагедия! – завопила она. – Вы хоть представляете, как это сложно – вырастить облачный сад? Сначала надо каждый раз уговаривать нежный туман, чтобы он сгустился в бутончик, а потом со всей возможной любовью придавать цветам идеальную форму. Я потратила несколько недель, доводя воздушную календулу до совершенства. А потом за одну бездумную секунду этот вредитель…

Её костистый обвиняющий перст указал прямо на Чашека, всё ещё сидевшего за столом.

Тот виновато посмотрел на неё. Он бы с удовольствием объяснил, что вчера нанёс лучший удар в жизни, когда мячик улетает всё выше и выше, и думаешь, что он вообще никогда не упадёт (и всё равно потом удивляешься, что не падает), и уж точно не целился в её облако. Но, конечно, он не сказал ей ни этого, ни чего-либо другого, потому что рот у него был набит блином, а с полным ртом разговаривать невежливо.

Старина Чайник покачал головой.

– Я поговорю с Чашеком, Гильда, – сказал он.

– И не забудьте, – ответила она. – Этот мальчишка – настоящее наказание. Если он снова что-то натворит с моим садом, я сама с ним разберусь!

Старина Чайник закусил губу, и из его носика вырвалась маленькая струйка пара. Он не любил угроз, особенно с самого утра и особенно – в свой день рождения. Он даже подумал, не захлопнуть ли дверь прямо у неё перед носом, но, конечно же, не сделал этого. Старина Чайник никогда и ни с кем не бывал грубым. Даже с Гильдой фон Гинденбург.

– Удачного дня, Гильда, – сказал он.

– Удачного! Ага, как же! – проворчала она и быстрыми шагами удалилась.

Старина Чайник закрыл дверь и вернулся к обеденному столу. Он было недовольно посмотрел на Чашека, но потом положил мяч рядом с его тарелкой.

– Должно быть, отличный был удар. Жалко, я его не видел, – сказал он и улыбнулся.

Чашек тоже улыбнулся. Он был рад, что Старина Чайник не разозлился, и ещё больше рад, что ему вернули мяч. Больше всего на свете Чашек обожал играть в бейсбол.

Старина Чайник сел в кресло и постучал пальцами по столу. Нельзя было давать Гильде так себя расстроить – особенно в день рождения. Он откинулся на спинку, взял газету и открыл её.

– Эй! Я знаю, что сегодня за особенный день, – сказал Кружек, и глаза Чашека стали размером с бублики. – Сегодня приезжает карнавал!

– Карнавал?! – закричал Старина Чайник.

Кружек кивнул.

– Да, вот, прямо в газете написано.