Женщина-зима

Он следил за ней глазами, не делая движений, молча, по праву больного.

– Это хорошо, когда они маленькие. Полностью зависят от нас, всегда рядом. А подрос – вот-вот гнездо покинет…

Добров ничего не ответил. Он был немного разочарован. Ему на миг пригрезилось, будто эта женщина должна все знать о нем без вопросов и объяснений. И про Ростика, и про жену, и про Димку Корякина. Как было бы хорошо, если бы ей все было ясно… Но оказалось, она ничего не знает. А рассказывать у него сил не было. Да и глупо рассказывать все это незнакомому человеку.

– У вас сильный сердечный приступ. Я вызвала врача, – повторила она и добавила: – Только до нас не скоро доберутся. Машин мало, а район большой.

– Зачем?

– Как зачем? Сердце – это серьезно. Нужно кардиограмму снять. Могут уколы назначить.

– Мне уже лучше. Я сегодня поеду.

Добров попытался приподняться, но женщина сделала опережающее движение.

– Ни в коем случае. У вас давление низкое. Вам бы укол, а у меня ампул нужных нет.

– А вы что – врач? – удивился Добров.

– А чему вы удивляетесь? – обиделась женщина. – Думаете, врачи бывают только в городе?

– Честно говоря, никогда не задавался этим вопросом, – признался Борис. Даже длинная фраза заставила его почувствовать одышку.

Он лежал и думал, переваривал информацию. Надо же – врач… А ведь можно было бы догадаться по ее речи. Говорит она не по-деревенски.

Женщина поставила у изголовья табуретку, застелила полотенцем.

– Я вам чаю заварила с травами. Сейчас принесу.

Какой все-таки у нее приятный голос… Добров чувствовал, как по спине и затылку поползло приятное покалывание. Оно обволакивало, словно гипноз, словно тихая колыбельная. Ему хотелось молчать и подчиняться, следовать тому, что она скажет, слушать ее голос, лишь бы не покидало странное, волшебное ощущение.

Она вернулась и принесла пузатый керамический чайник. Остро запахло липой и медом. Добров невольно зажмурился, вдыхая ароматы. А когда открыл глаза, перед ним стояли миска ноздреватых оладий и блюдце сметаны.

– Сейчас подушки повыше поднимем, и будет хорошо, – сказала женщина и наклонилась к нему совсем близко.

Он почувствовал ее теплый уютный запах – уловил в нем лишь арбузную нотку снега, дальше была какая-то трава, названия он не вспомнил. Она ловко подняла подушки, и действительно стало удобно. Борис попробовал чай с липой, слушая, как громко мурлычет котенок и в кухне тикают часы.