Дочки-матери

– Я окончила философский факультет университета.

– Угораздило тебя, – протянул Солодовников, по-новому оглядывая ее с головы до ног. – Ну а печатать ты умеешь? Компьютер знаешь?

– Я научусь, – быстро ответила Юля, испуганно отмечая, как внутри все леденеет.

Тучи вернулись из-за Волги, поднялся ветер и стал кружить по набережной белые пластиковые стаканчики и обертки от мороженого. Она ничего не умеет, никогда не работала и не представляет, как станет теперь жить. Деньги катастрофически тают.

– Да не паникуй ты… – Игорь протянул руку и накрыл ладонью ледяную Юлину.

 – Что-нибудь придумаем.

Рука у Солодовникова была теплая, мягкая и тяжелая. Юля вынула из-под нее свою ладонь и поежилась.

– Извини, я отвлекла тебя от дел…

Она взяла сумочку и поднялась.

– Ты домой? Я тебя подброшу, – засуетился Солодовников.

Ветер смахнул со столика пачку сигарет вместе с приготовленной для официанта сторублевой купюрой. Солодовников кинулся поднимать.

– Ничего, я на трамвае. Спасибо.

Юле почему-то хотелось поскорее уйти.

Она злилась на себя за то, что обратилась к Игорю. Зачем? Получилось, что она жалуется на судьбу самым постыдным бабским образом. Она привыкла во всем полагаться на мужчину. Пришла пора отвыкать.

У остановки ее нагнали первые тяжелые капли дождя и черный Игорев «мерс».

– Садись, промокнешь же! Довезу!

После секундного колебания Юля все же нырнула в салон «мерса», и через минуту дождь накрыл город. Дождь стоял серой стеной. Машина врезалась в него, как ложка в кисель.

Люди исчезли, рассочившись по подъездам и магазинам, а в салоне, пропахшем терпким мужским одеколоном, звучал ленивый голос Джо Дассена.

– Тебе нужен мужчина, – сказал Игорь, едва касаясь пальцами руля, – машина скользила сквозь дождь легко и бесшумно.

Юля поежилась и плотнее запахнула тонкий кардиган.

– Холодно? – заметил ее движение Игорь и снова накрыл ее пальцы своими, теперь его пальцы оказались более бесцеремонными – они с силой сжали Юлины и заодно через легкую ткань потрогали коленку.

– Я только что похоронила мужа, – напомнила Юля, пытаясь высвободить пальцы, – а ты предлагаешь мне ловить мужчин. У меня имеются более важные дела.

– Никита умер, а мы с тобой живы. – Игорь развернулся в ее сторону. Глаза его маслено блестели.

– Держись за руль и смотри на дорогу, Игорь. А то и мы с тобой угодим туда, где сейчас Никита.

Игорь что-то напряженно соображал. Он огляделся и быстро заработал рулем, разворачивая машину.