Все зеркало

Оперённая такая, с железным наконечником.

Я понимающе кивнул. Древняя ловушка инков сработала – пресловутые призраки спустили вмурованную в стену невидимую тетиву. Только малость промазали по предназначенной в жертву девственнице.

– Сама-то живая? – полюбопытствовал я. – Это хорошо. Тебе надо убираться отсюда.

– Куда убираться? – заблажила она. – Как? А ты?!

Я стиснул зубы, превозмог боль и как можно рассудительнее ответил:

– Найдёшь выход наверх. Вылезешь, обратно пойдёшь по стрелкам.

Приведёшь помощь.

– Какую помощь? Мне отсюда не выбраться, идиот!

Она, разумеется, была права – чтобы выбраться, нужны были сноровка, холодная голова и неимоверное, немыслимое везение. С учётом всех обстоятельств шанс у журналистки был один на миллион. У меня их не было вовсе. Правда, с мыслью о том, что рано или поздно мои похождения закончатся ремизом, я свыкся давно и потому не особо боялся того, что мне предстоит.

– Ты вот что, красивая, – сказал я. – Осмотрись-ка по сторонам.

Жутко любопытно, не попали ли мы в самую сокровищницу.

Журналистка обложила меня по матери, но послушно принялась озираться.

– Тут сундук, – отозвалась она. – Здоровенный. Открыть не могу.

– Посвети на переднюю стенку!

– Посветила. Любуйся.

Я замер и на мгновение даже забыл, что уже, по сути, покойник. В жидком свете фонаря передо мной маячило клеймо Атауальпы – скрещённые топорики, обрамлённые листьями коки – такое же, как на гравюрах в старой книге из отцовской библиотеки.

Я подполз к сундуку, осмотрел его и ощупал со всех сторон. Вручную открыть тяжелый кованый замок на крышке нечего было и думать.

– Обидно, – сказал я. – Сдохнуть на золоте весьма обидно.

* * *

Обидно ему, гондону! Мне, значит, не обидно? Я плюхнулась на пол и заревела от души – перед смертью не стыдно. А когда выплакала всё, поднялась на ноги и, спотыкаясь, побрела прочь. Наткнулась на стену, обошла, подсвечивая под ноги фонариком, подземное помещение по кругу и вернулась в исходную точку.

Обшарила лучом стены – вход в жёлоб, по которому мы скатились, был в метре над головой. Я бессильно опустилась на корточки и закрыла глаза. А секунду спустя вдруг почувствовала на щеке движение воздуха.

– ЧЧ, здесь дует!

К тому времени, когда он подполз, я отыскала тонкую горизонтальную щель в стене. Вдвоём мы простучали камни вокруг неё, надавили на каждый – всё без толку. Но с левого края сужение щели выглядело ровным, будто там её отшлифовали.