Нат Пинкертон и дом смерти

Старик Браун схватился за сердце и простонал:

– Боже праведный! Моя дочь в руках преступников! Ведь это ужасно! Приложите все усилия, мистер Пинкертон! Надо привлечь негодяев к ответственности, во чтобы то ни стало!

– Само собою разумеется, сделаю все, что могу! – отозвался сыщик.

– Но какая же может быть цель у преступников? Для чего им нужно так воздействовать на мою дочь?

– Это мы сейчас увидим! – ответил Нат Пинкертон с тонкой улыбкой. – Скажите, мистер Браун, вы не обнаружили никакой пропажи в вашем доме?

– О чем вы говорите?

– Я хочу сказать, все ли ваши деньги и ценные вещи в целости?

– Я не проверял их!

– Мистер Эринг рассказал, что ваша дочь заявила ему, что она бесчестная и негодная девушка.

– И вы допускаете мысль, что Лора…

– Буду просить вас убедиться воочию. Много ли у вас в доме драгоценностей?

– Только те, что принадлежали моей покойной жене. Они находятся в большом черном кожаном футляре, который хранится в шкафу в моем кабинете.

– Не угодно ли вам будет пройти туда?

Старик Браун слегка пошатывался, когда пошел впереди других. Им овладело ужасное опасение, возраставшее все больше, по мере того, как они приближались к кабинету.

Он вынул из шкафа большой черный футляр.

– Футляр этот я не открывал уже несколько лет, – проговорил он. – В нем находится список всех вещей.

Открыв замок и откинув крышку футляра, он в тот же момент вскрикнул и без чувств свалился на кресло.

Футляр был пуст, в нем не оказалось ни одной драгоценности.

– Так я и думал! – пробормотал Нат Пинкертон.

Когда старика привели в чувство, он, вспомнив, что случилось, затрясся всем телом от сдерживаемых рыданий.

Он открыл еще и верхнее отделение шкафа и вынул оттуда маленькую шкатулку.

– В этой шкатулке хранятся двадцать тысяч долларов наличными деньгами, – прошептал он, – шкатулка стоит здесь давно; благодаря случайности я еще не внес эти деньги в банк.

Он хотел открыть шкатулку, но не сумел сделать этого, так сильно тряслись его руки. Он передал ключ Нату Пинкертону, а сам опустился в кресло.

– Откройте шкатулку! – шепнул он.

Шкатулка была пуста.

Браун опять глухо застонал, но теперь Нат Пинкертон подошел к нему и положил ему руку на плечо:

– Успокойтесь, мистер Браун! Вы и сами не верите, что ваша дочь виновна в краже. Она взяла драгоценности и деньги, но не для себя.