Город

Это вообще, что?

– Да откуда мне знать! Я сам впервые ЭТО вижу! – тихо сказал ему я.

Несколько минут мы сидели молча, глядя на жучка, ползающего по куче тряпок.

– Но… что делать-то будем? – прервал молчание я.

– Это ты у нас детектив… Тебе решать.

– Ладно… Он сказал, что «ты теперь тоже мой»…

– Значит, мы не первые, может, эта штука и крадет детей, – перебил меня Джил.

– Зачем?

– Не знаю… Просто как вариант.

Вдруг мы услышали легкую вибрацию стены, о которую мы облокотились.

– А это ч-что? – начал заикаться мой друг.

– Не знаю, – напрягся я.

Вибрация стала сильнее. Мы отошли от стены. Через пять минут посыпалась мелкая каменная крошка, через еще три – маленькие камни. Дальше посыпались камни примерно с кулак, и в конце концов послышался треск, и перед нами появился небольшой темный проем. В нем стоял маленький худенький мальчик с чем-то похожим на кирку. Немного помедлив, он вышел на свет, это был паренек лет двенадцати с длинными темными, скорее от грязи, волосами, его глаза были тусклыми, и в них была глубокая, многим не знакомая в его возрасте грусть.

Одет он был в тряпье, обуви не было. Все это время мы стояли и в исступлении смотрели на мальчика.

– Кэрри? – спросил я.

Мальчик встрепенулся:

– Да, сэр. Вы пришли забрать меня?

– Да, Кэрри, пора домой. Но как ты попал сюда?

– Сэр… Меня… выманили… и это огромное грязное существо уволокло меня в канализацию! Нас там много… спасите! – мальчик не выдержал и заплакал.

– Джил, уведи его.

– Но…

– Джил!

– Хорошо, – он взял мальчика за руку.

– Кэрри, последний вопрос. Где остальные?

– Идите прямо по этому туннелю, дальше увидите, – мальчик снова заплакал и уткнулся в грудь Джилу.

– Удачи, Джил.

– И тебе удачи, Блэр…

Я, как и сказал мальчик, пошел по этому туннелю в неизвестность. Передвигаясь на ощупь, я увидел впереди свет и пошел на него. Я вышел на станцию метро, она была заставлена клетками, в которых кучами было навалено сено и тряпье. Освещали это место факелы.

Пройдя немного вперед, я увидел детей… Их было около двух десятков, худые и грязные, они, визжа, бегали по станции. Увидев меня, они остановились, закричали и побежали врассыпную, прячась. Единственное, что я смог различить, – это крик одного мальчика: «Отец, помоги!» Я стоял в шоке: все те, кого оплакивали родители, решив, что они мертвы… были здесь! Вдруг все подо мной задрожало, и я услышал скрипучий голос: «Блэр! Выходи! Ты мой!» Я побежал по станции, ища убежище.