Город

И тихо спросил: «Кто это?»

– Мистер Блэр, мистер Блэр! Откройте, это важно! – я услышал надрывный голос Айзека Берсса.

– Сейчас, сейчас, – сказал я открывая дверь. – Что случилось, Айзек?

– Молли… она пропала! Пропала! У меня никого не осталось! – Айзек в ночной сорочке и в тапочках стоял передо мной, заливаясь слезами.

– Проходите, – сказал я, включая свет и щурясь с непривычки. – Вам принести воды?

– Нет, нет, спасибо, – пролепетал Берсс, немного успокоившись.

– Так, а теперь расскажите все подробно… Где, как, когда, – сказал я садясь в кресло перед Айзеком.

– Ночью… Ей стало плохо, и она вышла подышать свежим воздухом… Но… потом я услышал крик, а когда выбежал во двор, ее уже не было, – Айзек снова заплакал.

– Ее фотография у вас с собой?

– Да, да… Держите.

– Так… хорошо, сейчас вам надо успокоиться и поспать, – я попытался улыбнуться. – Как говорится, утро вечера мудренее.

– Да, вы правы, – тихо сказал Берсс. – Надо поспать… До свидания.

Он тихо вышел и закрыл дверь.

Я вздохнул: дело становится все запутанней…

Провалявшись в кровати около получаса, я понял, что уже не усну. Встав и одевшись, я сделал себе чай и пошел в кабинет. На столе лежал блокнот, я его взял и пробежался глазами:

Дело о пропавшем Кэрри Берссе:

1. Дети, пропавшие за 5 лет:

Джон Фостр – окружная психиатрическая больница имени Ф. Р. Рокфилда (13 лет);

Гантэр Стоуран – не найден (10 лет);

Ден Вильфон – скончался (12 лет);

Грэг Типпенс – не найден (9 лет);

Кэрри Берсс – не найден (12 лет);

Джо Роусан – окружная психиатрическая больница имени Ф.

 Р. Рокфилда (10 лет);

Стенли Моусен – скончался (12 лет);

Деррен Кенел – не найден (12 лет).

Туда же были вложены фотографии этих детей, вырезанные из газет. Взяв ручку и перевернув страницу, я написал «Милли Берсс» и вложил ее фотографию. Положив блокнот в карман, я выключил в доме свет и подошел к двери.

Надев свое старое потертое пальто и шляпу, я вышел из дома. Свежий морозный воздух щекотал мне нос и вселял уверенность.

Подняв воротник, я пошел по темной аллее в неизвестном направлении, желая лишь отвлечься от всего свалившегося на мои плечи. Я просто шел и наблюдал, как в окнах загорается свет, как сумрак уступает свое место свету, как ночь сменяется днем. Но еще оставались темные углы, в которых нельзя было сказать, кошка это или монстр из детских кошмаров. И из одного такого угла я и услышал скрипящий голос: «Здравствуй, Блэр.