Не буди девочку! До утра…

Она проводит ладонью по непривычно голой макушке.

Мужина встаёт вровень с ней – на ту же опасную точку щельи. От него пахнет свежеоструганным деревом и, кажется, известью.

Ни крика чаек, ни плеска волн, ни стука сердца. Умолкла и виолончель жука.

«… Эти двое были очерчены магическим кругом, границы которого не смели нарушить никто и ничто». Аля прочитала это в каком-то любовном романе. Теперь ей кажется: это про них с Эриком.

.…Она стоит над обрывом и больше всего на свете хотела бы остаться здесь навсегда.

Вместе с этим человеком… С улыбкой то ли Чеширского кота, то ли Будды. Но он уходит. Его ждут дела. Вместе с ним Алю покидает и блаженное безмовие. Красная панама вырастает перед ней. Накручивая на палец стружки белёсых кудрей – подтверждение принадлежности к семейству Кудреватых-Марина- Хэппи осведомляется:

– Правда, там хорошо?

– Где?

– В «Другом Месте».

«Эх, послать бы дурочку в даль дальнюю!» Но вместо этого Алька уходит в аут. А «мухомор», одарив москвичку блаженной улыбкой, отправляется восвояси.

…Ночью Але слышится голос МЧ:

– Рос цветочек аленький! Маленький-маленький…

АЛЬКА ИДЁТ ЛЕШАКАТЬСЯ

Беспоповцевы позвали квартирантку «полешакаться», что на местной говоре означает охотиться, ягодничать или просто шататься по лесу. И теперь в облаке пыли троица шествовала по просёлочной дороге. Вскоре они достигли луга, вышитого желтизной лютиков, молочностью таволги, клеверным бордо и ещё какими-то неведомыми цветами. Анфискина пожня!-объявляет Васёк, точно на экскурсии, а потом ждёт, что «московка» поинтересуется происхождением названия.

Но та молчит: ей лень.

Что-то чиркнуло в воздухе -длинноногая птаха резво зашагала впереди. Она и довела их до места под названием – «журчеёк». Когда Васёк был маленький, он называл так ручеёк- звонкий и светлоструйный. Здесь сделали привал. Но путь их лежал дальше. Туда, где переливались в ажурной паутине драгоценные лучи северного лета, где из травы-муравы выглядывали забрызганные «белилами» мухоморы, а со стволов свисала бахрома лишайников.

« Поганца». Ходить сюда в одиночку старожилы избегали: места считались языческими, нехорошими. Но именно здесь возвышалась приносившая удачу сосна: нужно только поклониться и повязать лоскуток.

– Разукрашена, как ёлка новогодняя,-усмехается Васёк.

– Одно слово – язычники!– Перекрестившись, сестрица спешит прочь. Брат следует её примеру. Аля вытаскивает носовой платок и цепляет на сучок «волшебного дерева» рядом с другими тряпицами.