Попутчик

– И что же эти собачки? Куда они шли? – Марица интересовалась скорее из вежливости, хотя любопытство здесь тоже безусловно было, но не в отношении собачек.

Мужчина отвлёкся от разглядывания мелькающих в окне пейзажей и посмотрел на девушку. Взгляд его был прямым, и в нём что-то было, в этом самом взгляде – безмерная тяга к тому, чтобы всё знать о душе человеческой.

– У одной собачки – носик, у другой собачки – хвостик…[2 - Отрывок из детского стихотворения «Песня о маленькой собачке» Б. Заходера] – мужчина заулыбался, показав свои немного кривые зубы, – девочка одна стишок мне рассказала.

Я люблю забавные песенки. А Вы? – брови поднялись дугой. Эта лёгкая весёлость свойственна людям в эйфории или лёгком алкогольном опьянении. Марица пыталась учуять запах спиртного, но безуспешно. В вагоне пахло прелыми листьями, хоть осень уже прошла.

– Мне по профессии положено, – скромно пролепетала девушка, комкая свой испачканный платок.

Незнакомец сощурил глаза, пытаясь изобразить недоверчивость, но выглядело это комично.

Хмыкнув про себя, как бы подбирая варианты и делая выводы, мужчина выдал:

– Вы воспитатель в детском саду? В яслях?

Кашель стал прорываться наружу, потому Марица Лазаревна не сразу смогла ответить:

– Почти. Я учитель.

– И что же вы преподаёте? Математику, наверное. – На слове «математика» незнакомец сделал упор, выделив особенной хитрой интонацией.

– Вовсе не математику. Я преподаю русский язык и литературу в старших классах. – Слегка оскорбилась Марица Лазаревна.

Тут мужчина собрал рот в сморщенную горку и слегка выпятил нижнюю губу. Так делают большие обезьяны, если о чём-то начинают крепко думать. Попутчик открыл рот и стал говорить, но уже тихо, что-то себе под нос, самым низким в мире басом:

– Знавал я много художников в мире словесного искусства. Мне нравился один талантливый поэт – Константин Васильевич. [3 - Имеется в виду чувашский поэт Константин Васильевич Иванов (1890 – 1915)] Его «Нарспи» – милое создание человеческой натуры, которую я так стремлюсь познать.

О мой бог, мой добрый пюлех,

Ты зачем мне душу дал,

Коль ни в чём бедняжке юной

Счастья-доли не послал?[4 - Отрывок из поэмы «Нарспи» К.В.Иванова]

После этих слов незнакомец посмотрел на Марицу в упор, будто каждая буква у неё на лбу выведена алым. Учительнице даже показалось, что голос прозвучал не из мужчины, а в её голове, и она уже понемногу сходит с ума от жара.