Лукавый Шаолинь

– Элька, прекрати свою лекцию. Ты такая скучная. И если уж на то пошло, почему не исследуешь свои способности по различению светлых зон? Если решишь вернуться, наши ученые тебя от радости порвут на фашистские знаки.

– Потому и не хочу. Это в прошлом. В моей жизни и так слишком много фантастики. Хочу чего-то большего, чем быть подопытным кроликом. Но ты должна найти себе полезное занятие!

– Ты сейчас похожа на наших родителей. Может, хватит нравоучений? У меня только второй курс института, не мешай радоваться жизни.

– Ты чересчур красивая, – пожала плечами подруга, – от этого многие проблемы.

– Да уж, все замечают только мою внешность. Чувствую себя мясом, которое мужики мечтают съесть.

– Не только. Как только откроешь рот, еще и мозги. Это меня считают тупой блондинкой. Наверное, надо перекраситься, – вздохнула Эля. – Пойдем на рок-концерт. Обещаю: ты оценишь.

– Я же не меломанка.

– Ты – книгоманка. Сколько можно читать? Я тоже это люблю, но не до такой степени.

Пришлось согласиться и надеть черное платье, свободно струящееся от талии.

– Хотя бы волосы распусти, а то ты какая-то прилизанная с этими косами, – сказала Эля и протянула руку к моей голове.

Мне вдруг пришло в голову, что она чересчур изменилась. Стала цепкой и даже жесткой. Где же ты, моя девочка с флейтой?

– Ты соображаешь, что говоришь? Мои волосы достигают колен. Я без кос не могу жить.

Эля так зыркнула своими зелеными глазищами, что я тут же сказала:

– Ладно, распущу, если понадобится.

Оторваться мы пришли в рок-клуб «Средиземье». Я уже была здесь пару раз, со скукой на лице высиживая концерты веренских групп. Наверное, и это выступление будет не лучше: расстроенные гитары, хриплые голоса. Вроде и уйти неудобно, и слушать их невероятно сложно. Никто бы не поверил, что я засыпаю от рок- концертов. Но это так.

Эля же была в своей стихии: ее тащили к себе, звонко целовали и крепко прижимали к себе мужики-рокеры.

Я сидела на лавке за деревянным столом, хмуро прихлебывая апельсиновый сок и разглядывая фото в рамках, на которых были запечатлены заезжие коллективы – гости Верены.

Длинноволосые готы в черных плащах, панки с сиреневыми ирокезами, металлисты с гитарами. Все это уже было миллион раз, долгие годы. Пафосный вид, псевдобрутальность и мировая скорбь на лицах.