Фобология

Винсент упал на колени и заткнул уши, чтобы не слышать этого стона.

Он видел: Феликс отделился от вагона и, плавно перевернувшись в воздухе, начал опускаться на землю. В этот момент из его кармана выпал какой-то чёрный предмет, падение парня тут же ускорилось, и он ощутимо ударился о землю. Предмет же завертелся перед глазами Винсента и стал расти, заполняя собой всю комнату. «Душа ребёнка» летела в пустоту, где опять могла попасть в случайные руки.

Горестный крик издал злосчастный колдун и в изнеможении опустился на пол.

Если бы он не был седым, он поседел бы в это утро.

Филипп

Первым опомнился Гарри. Вытянув руку в сторону удалявшейся машины, он закричал:

– Убийца уходит, ловите его!

Спасительная мысль взбодрила всех: конечно, чужак и есть убийца! Его надо посадить на электрический стул. Невиновные не убегают: это Филипп знал точно.

Над городом собиралась гроза, и она разразилась: поезд, сойдя с рельсов, превратился в груду исковерканного металла.

В Гигантскую Человекомясорубку.

Шериф поспешил на место происшествия.

В воздухе пахло кровью и горелым мясом. И ещё раскалённым железом, но этот запах был не столь тошнотворен, как первые два. Взгляд Филиппа упал на знакомую фигуру. Вот он, убийца! Готовое сырьё для электрического стула. Уордвик хотел застегнуть на нём наручники, но, вспомнив утренний фокус, просто связал руки ремнём.

А это что за штуковина? Шериф склонился над фигуркой из чёрного камня, от которой исходили неясные волны.

Филипп откликнулся на их тихий зов, взяв предмет в руки. И тут же его мозг заполнил чарующий голос:

– Наконец-то, милый! Я думала, что останусь совсем одна. Носи меня с собой, ты не пожалеешь!

Слепая судьба перетасовала карты и сдала козырного туза нечистоплотному шерифу. Уордвик опустил фигурку в сумочку, которая болталась на поясе, и почувствовал благодарность. Это было так приятно, что Филипп чуть не прослезился. Вдруг ему стало страшно: сколько крови вокруг! Как противно, да ещё и этот убийца!

Было у этой вещицы ещё одно свойство: «Душа ребёнка» начисто забывала старого хозяина, едва попадала в руки нового.

Для неё главным было принадлежать, а кому – неважно. И теперь Феликс рисковал расстаться с жизнью, оклеветанный заговорщиками во главе с полусумасшедшим Беном Стоуном. А наивная и увлекающаяся «Душа ребёнка» направила волны слепого обожания на Филиппа Уордвика.

К шерифу подошёл Гарри.