Фобология

– А вот и кольцо на память возьми, – говорит ему девица, и словно из ниоткуда на ладони её кольцо золотое является.

Илья как во сне то кольцо взял. А она говорит:

– Ты его на палец-то надень.

Он и надел, не подумавши, будто нашептал кто.

– Теперь мы с тобой обручены на веки вечные, – говорит девица.

– Как звать-то тебя, красавица? – зачарованно спросил казак, разглядывая кольцо, сияющее в лунном свете.

– Марья, – отвечает та.

– Ты, чай, замёрзла? – замотал головой казак, пытаясь согнать наваждение.

А девица смеётся. И вдруг понимает казак, что что-то не так в ней. Каким-то красноватым отливом светятся глаза. Взгляд немигающий. И смех её странный, неживой. И тут будто пелена спала с глаз Ильи.

– Господи, спаси и сохрани… – залепетал казак со страхом. И кольцо пытается с пальца снять. А оно не снимается. – Изыди, нечисть!.. Христом Богом прошу! – кричит казак, осеняя себя и девицу крестом православным, и видит, как гримаса боли изуродовала её лицо.

– Зря ты так, – стонет девица и руки к казаку тянет. – Я ведь с тобой по-хорошему хотела…

А Илья знай одно лепечет с жуткого страху:

– Спаси, Господи! Изыди, нечисть!..

Вспомнил про нательный крестик на шее. Схватился за него так, что крестик в руке и остался вместе со шнурком.

– Изыди!.. – кричит на существо в саване со страшной гримасой вместо лица и крестик перед собой держит.

Опустила девица руки. И вещает нечеловеческим голосом:

– Теперь ты пожалеешь, Илья!.. – и завыла, словно зверь какой, и скрылась в облаке восставшего тумана.

И видит казак перед собой вместо девицы большого белого волка и ещё сильнее крестится. От страха зажмурил глаза и про ружьё своё забыл. И вдруг – тишина. Ни птица ночная не кричит, ни филин не ухает, ни волк не воет. Когда открыл глаза Илья, видит: только плотный белый туман вместо волка и девицы по земле стелется.

До утра не сомкнул казак глаз, сидел в углу под иконкой с шашкой в одной руке, с православным крестиком в другой. Сидел и смотрел на злополучное кольцо, которое будто вросло в палец до боли.