Украденная драконом

Ему словно не нравилось ее присутствие. Ну что ж, сам виноват. Она не просила, чтобы ее похищали.

Хмыкнув, принцесса вошла в помещение. Это оказалась жилая комната, обставленная темной массивной мебелью. В противоположной от двери стене был сделан камин, облицованный черным камнем, и внутри него сейчас пылал огонь. В стороне от камина стояло громоздкое кресло, а в нем кто-то сидел, подперев подбородок кулаком, и безотрывно смотрел на пламя.

Человек был закутан в плед по самые уши. Но поза и седые волосы, рассыпанные по плечам, заставили Юну вздрогнуть.

– Папа?.. – недоверчиво прошептала она.

Он медленно обернулся.

– Дочка? – раздался знакомый голос.

Голос ее отца.

Да, это был он.

Ульрих Дагобер, бывший король Астерии. Он поднялся с кресла и теперь стоял перед ней – живой и почти невредимый.

Юна быстро оглядела его. Отец осунулся, похудел, на его голове стало еще меньше волос, а те, что остались, покрылись сединой.

Он, подслеповато щурясь, тоже смотрел на нее.

Но вот в выцветших от горя глазах вспыхнуло узнавание.

– Моя родная… – услышала Юна не ушами, а сердцем.

И все остальное стало неважным.

Нужно было пройти этот путь, вынести все, что вынесла, пережить все, что пережила, чтобы услышать эти слова.

– Папа, – выдохнула она еще раз.

И кинулась в объятья родственника.

Глава 4

Она плакала и смеялась, ощупывая его. То прижимала, то отталкивала, чтобы получше рассмотреть и убедиться, что глаза ее не обманывают.

Рубашка старого короля вскоре намокла, но он словно не замечал этого. Прижимал дочь к себе трясущимися руками, целовал ее соленые от слез щеки и как заведенный повторял снова и снова:

– Доченька, Юна, ты жива! Хвала богам! Я так боялся, что уже никогда тебя не увижу! Ты – единственное, что у меня осталось!

– Папочка, – всхлипывая, она схватила его руку – изуродованную пытками, испещренную шрамами, с выбитыми суставами и вырванными ногтями.

– Ты про господина Бер-ан-Схара? – Ульрих поднял голову, кинул взгляд Юне за спину. – Он спас меня от казни.

Она невольно проследила за его взглядом.

Там, небрежно прислонившись к стене, стоял Дхиррайм. И, не мигая, с мрачной отрешенностью смотрел на воссоединение семьи. В его глазах играло странное пламя.

На миг столкнувшись с ним взглядом, принцесса быстро отвернулась.