Утиная охота

Но стайка села на другой стороне болота. Утка сразу замолчала. Мы молча наблюдали из шалаша.

– Не стреляй, – шепнул мне Адам, – Скоро кряковая утка потянет. Чирки всегда первые прилетают, в прошлый раз также было.

Засвистали крылья птиц над шалашом; по всему болоту на посадку пошла кряква. Наша помощница замолчала, а потом начала тихонько покрякивать. Утки замерли на воде. Прошло несколько минут, как кряквы разбрелись по всему озеру. Пора.

– Ты справа, я слева. Огонь! – Дал команду хозяин шалаша, и выстрелил первым.

– А твоя где добыча, – спросил я охотника, так как на воде кроме своих трофеев, больше уток не видел. Только подсадная взлезла на кружок и начала прихорашиваться, перебирая все свои перышки.

– Ай, махнул он рукой, – Занизил, какие то заряды слабые…

– И что еще придумаешь? – Намекнул ему на промах. – Ладно, пойду своих битых крякв заберу, что им там мокнуть.

– Нет, нет, подожди немного, скоро опять прилетят. А если побродить по воде, останутся наброды, не любит утка их, может и не сесть.

– Адам, давай-ка заключим договор, садить больше утку не будем на воду, если удачно налетят, то стреляем.

– Ладно, согласен, только смотри подсадную не зацепи, – намекнул охотник. Но окруженное соснами и кустами болото, как бы дремало в ожидании птиц. Казалось, что оно безжизненно и пусто. Но вот, решив нас хоть чем-нибудь порадовать, прилетели две цапли.

– Ну и что же ты, Адам, обещал уток пострелять, а тут цапли прилетели, – заметил я.

– Не горюй, точно прилетят, в первый раз также цапли прилетали. А, вообще знаешь, не хочешь ждать, так пройдись по краю лозы, там тоже можешь согнать уток.

Мне не хотелось мешать Адаму, и спросив у него разрешения еще раз, достал битых уток с воды и тихонько пошел вдоль лозы и болота, залитых водой, пристально вглядывался, стараясь заметить уток.

– Ну, напугала-то, чуть не нажал на курок. Лети, ты не моя добыча.

Проводил птицу взглядом. Ступил шаг к маленькой низине в самый центре кочек, опять вылетает птица, но это не выпь, и не цапля, а растопырив хвост, поднимается вертикально вверх, свесив голову, матерая кряква. Не собираясь крякву далеко отпускать, бью ее с верхнего ствола.