Мумификатор

Этим горе-психиатрам никогда не понять многомерности окружающего мира, его бесконечной непостижимости. Только некоторые из них к концу своей трудовой деятельности набираются необходимых знаний. Но именно в тот момент, когда они начинают по-настоящему понимать своих пациентов, им нужно уходить. Ибо они становятся одними из нас.

Должны уходить… но они не уходят. Всеми фибрами цепляются за свои рабочие места, готовы переходить на менее престижные и менее оплачиваемые должности, лишь бы быть в своем кругу, среди своих.

Там, за стенами этого дома, они одиноки и не поняты. Семьи нет, часто нет детей. Здесь их семья, здесь их дом, здесь их дети. И, как правило, из дурдома выносят седовласых господ только вперед ногами.

А эти неудачники амбалы-санитары, на которых можно землю пахать! Прошло целых четыре года, прежде чем я понял, что лучше повиноваться, притворяться, подстраиваться, чем попадать в их шершавые грязные лапы.

– И я буду скучать по вам, Петр Иванович.

Пускай потешит себя мыслью, что нравится мне.

Дурак очкастый.

– Здравствуйте! Проходите.

– Здравствуйте, доктор!

Вот старый боров, отожрался на казенных харчах. Еще немного и захрюкает. А эти светила мировой психиатрии… как же они мне надоели за шесть лет, век бы их не видать.

– Как вас зовут?

– Макаланов Степан.

– Какой сегодня день недели, число, месяц, год?

– Понедельник, 13 марта 2120 года.

Я же не идиот, чтобы не знать этого.

– Сколько вам полных лет, Степан?

– 46.

Черт побери, я старый пердун.

– У вас есть семья, дети?

– Нет ни семьи, ни детей. Мама умерла 8 лет назад.

Так я им сейчас и расскажу про своих дочурок. Не зря у меня были хорошие учителя, которые научили держать язык за зубами.

– Как вы себя сейчас чувствуете?

– Хорошо, доктор.

– Вы помните, как попали в наш стационар?

– Смутно. Это было шесть лет назад, и я был не здоров.

– Хорошо, что вы признаете этот факт, Степан. У вас было тяжелое шизофреническое расстройство. Мы склонны полагать, что виной тому послужила ваша профессия и неблагоприятная наследственность.

Но вы взрослый человек и должны понимать, что жизнь продолжается. Сейчас медицина располагает достаточным количеством средств, чтобы помочь вам вернуться к нормальной жизни.

– Я благодарен, доктор, за то, что вы для меня сделали.

– Мы за вами вели пристальное наблюдение последние два года и пришли к заключению, что вас можно перевести на домашнее амбулаторное долечивание.