Дом напротив озера

Бинокль падает на пол крыльца.

Я думаю: кто-то тонет.

Я думаю: надо спасти.

Я думаю: про Лена.

Последняя мысль – о моем муже, о том, как он умер в этой самой глубокой воде – побуждает меня к действию. Я отталкиваюсь от перил, от моего резкого движения задрожал лед в бокале для бурбона рядом с креслом-качалкой. Он слегка позвякивает, когда я покидаю крыльцо, сбегаю по ступенькам и прыгаю через несколько ярдов замшелой земли между домом и кромкой воды. Деревянный причал вздрагивает, когда я запрыгиваю на него, и продолжает трястись, пока я бегу к моторной лодке, пришвартованной у его конца.

Я отвязываю лодку, вскакиваю в нее, хватаю весло и отталкиваюсь от причала.

Лодка на мгновение крутится, делая не очень изящный пируэт на поверхности воды, прежде чем я выпрямляю ее веслом. Как только лодка направилась к центру озера, я запускаю подвесной мотор рывком, от которого ноет рука. Пять секунд спустя лодка скользит по воде туда, где я в последний раз видела круговые движения, но теперь ничего не вижу.

Я начинаю надеяться, что то, что я видела, было просто рыбой, выпрыгнувшей из воды. Или гагара, ныряющая в нее. Или что солнце, отражение неба в озере и несколько стаканов бурбона заставили меня увидеть то, чего на самом деле не было.

Принять желаемое за действительность.

Но когда лодка приближается к середине озера, я замечаю что-то в воде.

Тело.

Покачивается на поверхности.

Неподвижное.

Я глушу двигатель и карабкаюсь к носу лодки, чтобы лучше видеть.

Я не могу сказать, лежит ли человек лицом вверх или лицом вниз, жив он или мертв. Все, что я вижу, это тени вытянутых конечностей в воде и спутанные волосы, плавающие, как водоросли. Я представляю себе Лена в этом самом положении и кричу в сторону берега.

– Помогите! Кто-то тонет!

Слова эхом отражаются от огненных деревьев по обеим сторонам озера, и, вероятно, их никто не слышит. Середина октября, и озеро Грин, никогда не переполненное людьми, сейчас почти заброшено.

Единственный постоянный житель – Эли, и его нет до вечера. Если кто-то и есть еще рядом, они не дают знать о своем присутствии.

Я сама по себе.

Я снова хватаю весло и начинаю грести к утопленнику. Я приближаюсь и вижу, что это женщина. Ее волосы длинные. Слитный купальник обнажает загорелую спину, длинные ноги, подтянутые руки. Она плывет, как коряга, мягко покачиваясь в кильватерной струе лодки.