Оружейник 2

Иногда в разговор вступали Мягков и Головин, давая свои короткие пояснения.

– Значит Берендей – это Бренд, правая рука Инраза… – задумчиво произнес Хмурый, и посмотрел на Калеба, – А ведь у меня завтра с ним встреча.

– Сам по себе он нам и нахрен не сдался, – вмешался Турок, – Отловить его мы можем… точнее, кое-кто может в любой момент. Нам надо выйти на Инраза, а сделать это лучше всего используя Бренда втемную.

– Гхм… А Ульф в курсе ваших планов? – поинтересовался Калеб у людей, – Если вы пытаетесь сделать это за его спиной, то боюсь, что вы переходите ему дорогу.

Головин переглянулся с Мягковым.

– Мда-а-а… – протянул Турок, посмотрев на Мягкова, – Что-то мы заигрались в суперменов. Когда он вернется?

– Сказал, что максимум через пару дней, – ответил тот.

Хмурый, которому упоминание имени Ульфа не говорило ровным счетом ничего, решил снова привлечь всеобщее внимание к своей проблеме:

– Мне-то что завтра Берендею говорить?

– А что ты вообще с ним собирался обсуждать? – поинтересовался Головин.

– Он обещал новую партию оружия в обмен на моих людей для охраны чего-то там и где-то там.

– Разломы сейчас практически некому охранять, – заметил Калеб, – После разгрома Лутона у них катастрофически не хватает живой силы. А им ведь еще и станции приема на Бхарате надо защищать.

– Соглашайся на его условия, Харитоша, – Головин хлопнул ладонями по кожаному подлокотнику кресла, и встал.

– А где мне людей-то взять? – округлил глаза Хмурый, скривив в усмешке рот, – Вы же их почти всех положили.

Турок, иезуитски улыбаясь, посмотрел на Мягкова.

– Мы тебе, Харитон Михайлович, своих бойцов в аренду дадим. Правда ведь, Михаил Юрьевич? Самых лучших подберем.

***

Недолго поводив носом по сторонам, сильно озадаченный Рибок выдал вердикт:

– Два таймлендера слева, покойники и… один афан – справа. Я бы даже сказал, что этот афан прямо-таки в центре кучи трупов, и его имя Малифус.

– Так пошли взглянем, – обрадованный новостью, что Малифус жив, Швед нетерпеливо толкнул его в спину, – Тем более справа вроде бы свет пробивается.

Рибок опустился на все лапы, и начал осторожно красться, прижимаясь боком к левой стене. Через пару десятков метров коридор повернул под прямым углом налево, и высунувшийся за угол афан увидел метрах в пятидесяти впереди тусклый светильник, освещавший единственную дверь в тупике.