Ину-Лат. Диверсия в городе

А как это сделать? Одни едят рыбу, и не терпят мяса, вторые едять только мясо, третьи готовы вообще всех сожрать, до кого дотянутся, кто-то в воде живет, и под водой дышит, а кто и вовсе дышать не сподоблен. Организм у всех разных. Ведь и миров прорва. И у каждого свои законы, обычаи. Хорошо их Командор, мужик башковитый, решил всех заморозить, на весь полет. Там, говорит, на месте разберемся, я чуть ли не в ноги ему упала, говорю, не надо морозить, мы с братом и так долетим, паиньками будем. Ну и вот, нас сюда запихнули, правда не кормили еще, а потом тебя принесли, бедняжку.

Я почти не слышала, что она говорит.

Покинули?! ЦИРК? Как это?! – разом навалились воспоминания. Вот меня и Мамо связывают и тащат на корабль Богов. Вот отец заступается за нас, но его отшвыривают прочь. Дальше у меня темнота и провал. Я часто задышала, захлюпала носом, хотя и не из плакс.

– Ну тише, тише, – Анетт села рядом со мной, обняла за плечи, – впрочем плачь, если хочешь, говорят, слёзы лечат. Брехня собачья, но вдруг да поможет понять, принять и смириться.

– Я не хочу понимать! Я не хочу принимать! И мириться я не хочу! – закричала я, отталкивая её руки, – я хочу домой! К отцу! Я хочу домой! Верните меня домой!

В дальнем конце небольшой комнаты я заметила большую металлическую дверь. Я бросилась к ней, стала толкать, но она была заперта снаружи.

– Эй, вы там! Откройте! Откройте! Откройте! Я пинала и пинала треклятую дверь. Наконец послышались торопливые шаги. Два высоких воина в золотых доспехах. Сейчас они были без шлемов и на меня одинаково сурово смотрели два лица… Не знаю, как описать их. Одинаково голубые глаза, яркие и чистые, словно океан в ясный день, узкие длинные носы с узкими же вытянутыми ноздрями, а на шее вообще жабры, как у рыб. По две с каждой стороны. Вот уроды! В руках «уроды» держали странные штуки навроде копья, только не с одним наконечником, а с тремя, как вилы… Литаны, как позже мне объяснили.

– Хто буянит? – спросил один.

Он говорил на нашем языке, но так плохо, что я замешкалась, прежде чем ответить… Анетт подскочила ко мне сзади и зажала рот рукой.

– Никто, уважаемые. Никто. Просто вот девочка очнулась, испугалась очень, маленькая ещё.

Маленькая?! Это я-то?! От злости и обиды я так тяпнула Анетт за палец, что она, охнув, выпустила меня.