Кровавые обещания

Дважды видела в «Соловье», как она беседует с мужчинами-мороями. Наверно, им нравилось с ней флиртовать – но не более того. Ну и что толку от человека?

Ее лицо отчасти утопало в тени, но даже при таком слабом освещении я разглядела, что она раздражена. Чего-чего, а этого я никак не ожидала.

– Это ведь ты? – спросила она. Новая неожиданность – ее английский звучал в точности как мой. – Ты – та, кто по всему городу оставляет тела убитых стригоев. Я видела тебя в клубе сегодня вечером и сразу поняла, что это ты.

– Я…

Я была в полной растерянности.

Человек, так небрежно упоминающий стригоев? Неслыханно! Наткнись я на стригоя здесь и сейчас, и то поразилась бы меньше. Никогда не сталкивалась ни с чем подобным. Она, казалось, не обратила внимания на мой ступор.

– Послушай, ты не можешь вот так просто разбрасывать трупы, сечешь? Знаешь, какое шило в заднице потом разбираться со всем этим? Интернатура – достаточно скверное времяпрепровождение и без неприятностей, которые ты устраиваешь. Местная полиция нашла тело, оставленное тобой в парке.

Ты даже представить себе не можешь, за сколько нитей мне пришлось потянуть, чтобы прикрыть это.

– Кто… Кто ты? – наконец спросила я.

Она сказала правду. Я оставила тело в парке, но что еще мне с ним было делать? Оттащить в отель и сказать коридорному, будто это мой друг, который перебрал?

– Сидни, – сказала девушка устало. – Меня зовут Сидни. Я алхимик, и меня распределили сюда.

– Что?

Она испустила тяжкий вздох и закатила глаза.

– Конечно.

Это объясняет все.

– Ничего подобного. – Я наконец сумела взять себя в руки. – Фактически ты пока ничего не объяснила.

– Правильно, какую еще позицию ты можешь занять? Тебя послали тестировать меня? О господи! Так оно и есть!

Я уже начала заводиться. Не люблю, когда меня ругают. Особенно не люблю, когда меня ругает человек, заявляющий, будто убийство стригоя – это плохой поступок.

Внезапно накатила тошнота. Я напряглась, рука мгновенно потянулась к серебряному колу в кармане пальто.

На лице Сидни по-прежнему сохранялось раздраженное выражение, однако сейчас, когда она заметила, что я изменила позу, к нему добавилось недоумение.

– Что такое?

– Похоже, тебе вот-вот предстоит разбираться еще с одним телом, – ответила я, и в то же мгновение стригой напал на нее.

Два

Со стороны стригоя это было проявлением «дурных манер» – наброситься на нее, а не на меня. Я таила в себе угрозу, поэтому вначале следовало нейтрализовать меня.