Таро: падающая башня

– Ты не понимаешь, о чем просишь! Я предам свой дар, если убью человека! Я буду проклята!

– Ну зачем же сразу убью… Просто поможешь и все.

– Просто поможешь?! Теперь это так называется?! У меня нет слов. Ты просишь сделать заговор на смерть, и это называется просто помочь. Просто, ага, как шкаф передвинуть!

– Зайка! Ну что ты так возмущаешься, он же мой конкурент.

– И что? Уже жить недостоин?

– А ты знаешь, сколько раз он на меня покушался? Помнишь в прошлом году мою машину взорвали? Так вот, это была его дель.

Андрей приподнялся на кровати и посмотрел на девушку.

Девушка побледнела и застыла как жена Лота.

– Ты… ты же сказал, что был несчастный случай, в сервисе что-то напутали… Ты врал?

– Ну я не хотел тебя пугать… Ты девочка впечатлительная, начала бы плакать, метаться и трезвонить мне через каждые 5 минут. А я, ты знаешь, терпеть этого не могу.

Андрей стал неторопливо одеваться, не забывая искоса поглядывать на девушку и следя за реакцией.

– И много было таких… случаев?

Андрей пожал плечами и накинул рубашку:

– Два или три.

Он врал. С того случая в прошлом году на него не покушались ни разу, да и тогда мало кто верил, что это заказ. Бизнесмен, конечно, попытался обвинить в покушении Эйнштейна, его заклятого врага и конкурента, но, доказательств было мало, и враг отвертелся. Возможно, действительно просто совпадение. Машина стояла возле дома и самого Удава в ней не было, только идиот будет взрывать пустую машину. Но конечно всего этого он не стал рассказывать девушке, надеясь как следует напугать ее и склонить к сотрудничеству.

Солнце лихих девяностых с малиновыми пиджаками и разборками медленно, но неуклонно клонилось к закату. В моду входили честное предпринимательство и политика. Бизнес у него имелся и довольно неплохой. Торговля подержанными иномарками, конечно, приносила доход, но Андрею было мало. Он хотел большего, и решил двинуть в политику. Доползти, если надо, до самого верха, и уже там развернуться по крупному.

Но для начала нужно было устранить Эйнштейна, который тоже был твердо намерен занять своим толстым задом самые вкусные места. Кстати зал у Эйнштейна был совершенно обычный, не толстый, но Удав так его (Эйнштейна) ненавидел, что готов был приписать ему все мыслимые и немыслимые недостатки. Просто устранить этого конкурента было нельзя, уж слишком видной фигурой он являлся, к тому же на самого Андрея у него имелся нехилый компромат.