Харизма

Доктор Стернфилд резко убирает руки с моих плеч.

– Ух, я думала, что с твоим IQ… Слушай, давай забудем это все, ладно?

Она потирает руки, будто стряхивая грязь, и направляется к двери.

Подождите. Что? Мое тело холодеет. Моя жизнь и жизнь Сэмми могут полностью измениться благодаря «Nova Genetics» и доктору Стернфилд. Если я преодолею свою стеснительность, я смогу лучше защищать его. Как я могу упускать такой шанс? Мама, да и кто угодно другой, поймет.

Я вдыхаю так глубоко, что у меня начинает кружиться голова, и говорю:

– Нет, послушайте.

Я полностью понимаю, почему вам нужно сохранить тайну, особенно учитывая этих ненормальных протестующих, которые толкутся снаружи. Я согласна. Я согласна.

Она рассматривает меня, кажется, целую минуту, а потом, наконец, кивает.

– Хорошо, Эйслин. При условии, что ты согласна.

– Полностью согласна.

Да, это эксперимент, настолько секретный, что я не смогу рассказать даже маме. Да, жесткий, пассивно-агрессивный подход доктора Стернфилд выводит из равновесия.

Но я чувствую, что мы на пороге чего-то невероятного.

Она достает из кармана заколку и собирает волосы в узел на затылке.

– Поскольку у нас сохранился старый образец твоей крови, я уже знакома с разными антителами, которые могли бы нам помешать. Некоторые из них довольно странные, ты сама знаешь. Может, из-за твоей поездки в Азию несколько лет назад. Но, слава богу, никаких неустранимых проблем.

Слава богу – это верно сказано. Я со страхом осознаю, что семья Эви, взяв меня с собой на каникулы в Индонезию после того, как мы закончили среднюю школу, могла лишить меня всех шансов на это чудо.

Я говорю:

– Лучше могло быть, только если бы «харизма» была в капсулах вместо инъекций.

Она проводит по своей нижней губе наманикюренным ногтем.

– Ну, однажды, я мечтаю, появится версия для массового производства, которую будут продавать без рецепта – может, это будет порошок, который можно просто вдохнуть, чтобы обойти гематоэнцефалический барьер.

Может, его будут продавать в светло-желтых пакетиках, на которых напечатаны розовые сердечки. Как ты думаешь?

Она подмигивает мне, и я задумываюсь – может, ее последние слова – просто шутка, чтобы я расслабилась.

Но все-таки мне не удается заставить себя рассмеяться. Следом за доктором Стернфилд я вхожу в дверь, которая отпирается еще одним кодом, и оказываюсь в маленькой комнатке. Доктор Стернфилд велит мне сесть, пока она моет руки и надевает перчатки.