Байки от Бабайки

Вот цццц! Цаца, одним словом. Главное другим то да, всем хромым, блошивым и убогим – да, а ему, такому сильному и красивому, нет.

– Жжжжженжжжжина – прожужжал в кустах какой то жук.

– Кооошка, – согласно кивнул Васька.

– Баба, что с нее взять, – тоже себе под нос буркнул Жека.

И все мужики, коты и жуки в округе согласно кивнули.

Между тем деревня осталась позади и потянулись поля, по августовскому времени все в огоньках комбайнов. Женьку тоже полагалось быть там. Но отпросился, для кирпичей.

Место, куда шел мужик, было довольно известным на всю округу. Раньше, еще до революции, там жил барин. Толи Тарашкин, толи Мурашкин, этого не помнили уже даже и бабки. Потому что склероз. Зато все деревенские так и звали это место Мурашкино болотце. Земля там была нормальная, никакая не болотистая, когда там жил Сам. Но после того, как барина толи прогнали, толи повесили, пришло время совхозов, а совхозам нужны были поля. И поскольку мелкая, но противная речка разливалась по весне так, что все маломальские луга оставались затопленными до июля месяца, решено было сделать заградительный ров, чтобы направить весенний паводок в другое русло. Так и вышло, что река теперь изливалась исключительно в сторону никому не нужного барского дома и его окрестностей. Со временем там образовалось мелкое болото с небольшими и большими прудами и лужами. В лужах квакали лягушки, в прудах водились караси, но местный люд, и даже пронырливая мелкая шпана, сюда ходили крайне редко. Место, говорят, плохое. Мурашки по коже, до чего неуютно. Ну да мурашки от Мурашкино, нормально. Кто-то пустил слух, что здесь видели Самого, толи убиенного, то ли раскулаченного помещика. Призрак, конечно. Живой он бы сюда не пришел, не дурак. Ну вот и потому все обходили Мурашкино стороной. Все, кроме Женьки. Жажда халявного кирпича была сильнее страха. Впрочем, сейчас, когда черная громадина дома уже показалась на горизонте, Женьке стало не по себе. Да еще в кустах кто-то шуршал. Но останавливаться и проверять было некогда. Дорога довела почти до ворот усадьбы, нормальная такая дорога, даже как будто наезженная. Интересно, кем? Две колеи, словно сюда приезжали на телеге или даже машине, а вот дальше уже топкая земля с островками ярко-зеленой травы, такой мягкой, как перина у тещи. Тещу свою Женька не любил, потому как уж больно она была характером на него похожа: и своего не упустит, и чужого не отдаст, коли это самое чужое к ней в руки попадет.