Безродная

Не в меру разыгравшийся ветер начал бесперебойно стучать по крыше ветками маньчжурского ореха растущего прямо перед домом.

Но Никите были привычны эдакие выходки природы и на них она реагировала достаточно спокойно. Это просто нужно было переждать. Просто переждать, а завтра – отправиться в путь и ещё месяц жить без забот об оплате счетов; можно будет наконец не переживать по поводу пропитания.

Конечно, всё рано или поздно наладится. Завтра.

***

Утро выдалось холодным. Неспешно умывшись и собравшись в дорогу, Никита надела жёлтые перчатки без пальцев и, покормив свою старую собаку закрыла дом, и отправилась обворовывать ничего не подозревающих граждан.

В чёрном портфельчике за спиной помещалось исключительно то, без чего не может обойтись ни один вор: набор отмычек, маска, несколько одноразовых перчаток, пистолет с резиновыми пулями, хлорка – чтобы замыть следы и запасная одежда (чёрная толстовка и джинсы).

Это было основным набором того, что ей было необходимо, на этом и других делах, как воздух.

Не многим людям интересно как действуют воры-домушники. Ведь всем кажется, что все знают, как ограбить. Мол, это настолько просто, что каждый мог бы. Да вот только рамки общества, поставленные перед человеком, не позволяют всем «знающим» проворачивать такие дела.

На самом-деле да, попасть в дом и вынести из него всё ценное – самое простое, что можно себе представить. Просто ли это на самом деле?

Ну, не так как кажется. Попадая в дом, вор прежде всего представляет себя методичным хладнокровным преступником и, помня о том, что искать стоит именно мелкие ценные вещи, начинает быстро шарить в их поиске.

Но, если его взгляд в первые несколько минут пребывания в доме – квартире ничего не обнаруживает, то взгляд цепляется за громоздкие большие предметы и тогда уже именно они становятся их «ночными спутниками сердца».

Попадая в дом, воры зачастую, в подавляющем большинстве случаев, действуют на автопилоте. Просто сгребая всё, что, по их мнению, представляет ту или иную ценность.

Этот автоматизм вырабатывается годами, раз за разом, методично. Это похоже на уроки в школе, каждый день вам вдалбливают эту хрень подчиняя ваше сознание грубой воспитательской машине и в итоге вы имеете такую гору заученных рефлексов, что любая, даже самая надрессированная собака позавидует.

Никита замечала за собою эту выработанную отточенность действий. Она прекрасно держала себя в любой ситуации.