Сердце кугуара

Но Ева видела, как нервно подрагивали крылья его носа, когда он пытался незаметно втянуть ее аромат.

Сам же хозяин дома вызывал у Евы двоякие чувства. Он был так галантен, этот глава резервации, гораздо галантнее многих мужчин, с которыми Еве приходилось общаться. Внимательный, предупредительный, харизматичный. Она обнаружила, что невольно поддается его обаянию. И в то же время внутри нее появилось тревожное ощущение. Некий тоненький голосок, который тихо шептал: «Все слишком прекрасно! Так не бывает!»

Если сначала она растерялась, охваченная чисто женским волнением, то теперь в ней проснулась профессиональная осторожность.

Холодный, колючий взгляд на фотографии никак не вязался с этим милым мужчиной, который превратил интервью в легкую светскую беседу. А слухи о скрытных и нелюдимых верах никак не вязались с тем, что Ева увидела, прибыв в резервацию.

Здесь явно было что-то не так. Словно к ее приезду тщательно подготовились.

Когда подали десерт, в зале заиграла ненавязчивая тихая музыка. И Ева дала бы руку на отсечение, что это была живая скрипка и саксофон.

– Можно вопрос не по теме? – она неожиданно вспомнила о голосе, который услышала в трубке.

– Конечно, – промокнув губы салфеткой, Андрулеску откинулся на спинку стула.

– Ваш водитель передал мне визитку, чтобы я позвонила. Скажите, кто мог взять трубку? Ведь это были не вы?

– Нет, не я. Меня в это время не было. Скорее всего, кто-то из слуг. Он вас напугал?

Ева с напускным безразличием пожала плечами:

– Да нет, просто голос показался знакомым…

Мужчина смерил ее внимательным взглядом.

– Вы ошиблись. Уже двадцать лет, как верам запрещено покидать территорию резервации. Даже если кто-то из них случайно встретился вам на материке, то он, скорее всего, уже мертв. Закон на этот счет неоднозначен. У полиции есть право стрелять на поражение, – он усмехнулся, и от этой усмешки у Евы что-то сжалось внутри. – Люди смертельно боятся нас, хотя сами и создали.

Ева почувствовала неловкость за собратьев-людей, но тут же задала встречный вопрос:

– Возможно, всему виной прецеденты? Я знаю, что закон о резервации вышел в восьмидесятых годах, когда по всему миру прокатились серии похищений девочек и женщин детородного возраста.

Веры хватали их прямо на улицах, затаскивали в машины и подворотни, насиловали среди бела дня, а потом несчастные исчезали, – она содрогнулась, припоминая события своего прошлого. – Знаете, со мной самой чуть не случилось нечто подобное.