Мой красавчик

Мне не уйти и не убежать, не спрятаться.

Подходит совсем близко и упирается рукой в дверь справа от меня. Нависает. Чувствую себя испуганным кроликом перед удавом. Да, кроликом. Я хочу этого мужчину, как сумасшедшая крольчиха в период размножения. Мне все равно, что он удав. Его дыхание все еще с ароматом зубной пасты и запах smoke-одеколона, его тепло – все это оплетает меня кольцами.

Маленького наивного кролика. Сжимает так, что немеют пальцы и папка вот-вот выскользнет из рук.

– Что это? – смотрит сверху вниз на отчет, который скрывает вид на декольте и грудь.

– Феодосия Ивановна, передать, – шумно вдыхаю и поднимаю лицо, чтобы разглядеть самого красивого, возбуждающего мужчину в мире. – Просила меня…

Язык заплетается. Слова путаются. Мысли покрываются сладким туманом, который все так же пахнет дорогими сигарами и давит на легкие.

– Так передавайте же скорее, – наклоняется. Идеальные точеные губы почти касаются моих обычных.

Я еще не успела забыть какие они мягкие и настойчивые.

– У нас пятнадцать минут до совещания, Аня. Мой мозг должен быть в голове, а не в члене. Сейчас он не там, – горячее тело вжимает в дверь, и я чувствую, что мозг у него сейчас точно не на месте. – Спаси меня еще раз, храбрая девочка…

Шепчет, проводя кончиками пальцев по скуле. Я смотрю в глаза и не понимаю, где нахожусь.

Это будет грубо, жестко и по-быстрому. Знаю.

– Никаких прелюдий…

Последняя фраза за секунду до взрыва. Тихий рык. Губы безумно сладко, ищуще изучают шею, руки бесцеремонно задирают простую серую юбку-карандаш до талии.

Я так и держу в руках этот треклятый отчет и позволяю делать все, что он хочет.

– Чулки, – довольно мурлычет на ухо, проводя пальцами по кружевным резинкам.

– Я думала, что сорвусь первой…

– Убери ты эту чертову папку, – вырывает из рук отчет и швыряет в сторону диванов. Судя по мягкому звуку, попал на подушки – не на пол.

Зато мои руки свободны. Могу обхватить его шею, запустить пальцы в шелковистые волосы и прижаться всем телом.

Его пиджак расстегнут, между нами две полоски тонкой ткани – моя ненавистная блузка и его потрясающая накрахмаленная рубашка.