Ночь ворона, рассвет голубя

Раненое чудовище обернулось, визжа от боли и гнева. На глазах у охваченной ужасом Катьяни он рванулся вперед, обрушив свою булаву на меч Айана, в то время как из его отрубленной руки фонтаном хлестала серая кровь.

Катьяни вонзила свой меч в грудь чудовища и изогнулась так, что ее рука чуть не вывернулась из сустава.

– Целься в голову и шею, – проинструктировала она, уклоняясь от удара дубинки с гвоздями. Она почерпнула это в одной из прочитанных книг, но между теорией и практикой лежала огромная пропасть. Борьба с яту была не похожа на борьбу с людьми.

Раны, которые свалили бы человека, их лишь приводили в ярость. Каждый раз они поднимались, готовые мстить.

Катьяни и Айан продолжали молча сражаться, рубя, пронзая и отражая удары неуклюжих чудовищ со страшными клыками и изогнутыми когтями. Их единственным преимуществом была скорость, что они были быстрее нападавших. Но яту было так много. Катьяни должна была не только защищаться сама, но и защищать Айана и присматривать за экипажем, чтобы убедиться, что Бхайрав в безопасности и ни один яту не подкрался к ним с той стороны.

Она ударила яту ножом в живот, и чудовище бросилось к ее лицу, не обращая внимания на лезвие в своем животе. Один из его когтей расцарапал ей щеку, оставив отметину до самой шеи. Она отшатнулась назад прежде, чем он мог достать до вены.

Ей удалось обезглавить еще одного яту, но их оставалось еще четверо, да еще и тот, что стоял с лошадьми. Она стремительно уставала. Как и Айан. Ее духовная сила иссякла почти до нуля.

Без нее у Катьяни не было никакой надежды дать отпор чудовищам.

Бхайрав закричал.

Она резко обернулась, и ее сердце подпрыгнуло. Она забыла о ятудхани, чью руку она отрубила. Чудовище вытаскивало Бхайрава из кареты за волосы. Его тело с глухим стуком скатилось по ступенькам, и ятудхани потащила его прочь, пока он брыкался и сопротивлялся. Грудь Катьяни сжалась от страха. Бхайрав не мог отбиться даже от человека, не говоря уже о ятудхани.

– Иди, помоги ему, – крикнула она Айану.

– Если я нарушу наш строй, мы оба умрем.

Он остался у нее за спиной и, хрипя, блокировал еще один удар булавы.

– У Бхава все хорошо, – изумленно сказал он.

Катьяни ничего не могла с собой поделать; она на долю секунды оторвала взгляд от яту, чтобы оглянуться назад. Бхайрав высвободился из лап ятудхани и теперь держал ее на расстоянии с помощью меча, сражаясь с такой скоростью и свирепостью, что она никогда бы не поверила, если бы не видела своими глазами.