Пустая улица

Тогда он совершенно не подумал о ней, действовал чисто инстинктивно, при этом подвергая ее серьезной опасности. И если бы он не справился, этот обезумевший человек действительно мог убить сначала его, затем свою девушку – как выяснилось позже, ее звали Каролина – а после и Николь. И пусть Алан ни разу не пожалел о том, что вмешался тогда и помог, он несколько дней чуть ли не вымаливал у Ники прощение.

И вот вчера она начала нормально с ним разговаривать и даже предложила вместе провести время.

Поэтому у Алана было прекрасное настроение.

Ни холод, ни темнота улицы не могли омрачить радость от предвкушения предстоящей встречи. Парень ускорил шаг, быстро пересек площадку перед старой школой и уже свернул за угол, ведущий на главную освещенную улицу, но вдруг – услышал пронзительный крик.

Остановился. Прислушался. Голос раздавался из ближайшей подворотни. «Может это Бил?» – подумал Алан о нищем, который не так давно облюбовал этот двор. Парень познакомился со стариком по пути на работу и в дальнейшем, встречая, неизменно перекидывался с ним парой вежливых фраз.

На вид тому было около шестидесяти, но Алан совсем бы не удивился, если бы старик сказал, что ему не больше сорока, – жизнь на улице может сильно накинуть человеку возраст.

Крик повторился и тут же перешел в яростную ругань. «Это девушка», – определил Алан и нырнул под свод подворотни.

– Заткнись! Как же ты меня достал! Сгинь! Пропади! Исчезни! Сдохни в конце концов! Убить? А если я хочу убить тебя?! Я никогда ничего не желала так сильно, как убить тебя! – голос сорвался на отчаянный визг.

 – Умри! Тварь… Демон! А-а-а!!!

В подворотне было так темно, что Алан шел ориентируясь лишь на голос. Он ступал медленно, осторожно отмеряя каждый свой шаг; все время водил телефоном, пытаясь осветить дорогу перед собой хоть ненамного больше – проку не вышло.

«Что-то не так», – подумал Алан и остановился. Тишина. Голос больше не раздавался. Отчего-то ему сделалось страшно. На мгновение он даже подумал развернуться и уйти.

Да и Николь он обещал больше не вмешиваться в чужие дела. Если узнает, что он, пытаясь помочь, пострадал, ему точно несдобровать.

И когда сомнения одолели его полностью, он услышал горький плач.

– Почему я? За что? Я… Я просто хочу поспать… спать…

Нельзя уходить. Это неправильно. Отчаянный, обреченный, полный боли голос не отпускал.

Алан включил на телефоне видеокамеру. «На всякий случай», – подбодрил он себя и сделал шаг.