Обреченный

Тот на секунду посмотрел на нее удивленно, но потом сразу понял и сказал:

– Не стреляйте, сейчас выйдет ребенок.

Кричавшим на улице был начальник райотдела Сулим, лишь недавно прибывший на

место. Ему уже доложили, что в доме находятся женщина с ребенком, и поэтому, когда

начали стрелять, он велел прекратить огонь, пока мать с ребенком не покинут дом.

Укрывшись за стеной у ворот, Сулим, отвечая Ибрагиму, спросил:

– Почему только ребенок?

– Потому что его мать пожелала остаться, – ответил Ибрагим.

После недолгой паузы, Сулим крикнул в ответ:

– Выпускайте тогда ребенка.

Когда Мурад, взяв из рук жены маленького Юсуфа, направился к выходу, ребенок начал

тянуться к матери. Амина, не удержавшись, подбежала к сыну, взяла его обратно из рук

мужа, крепко обняла и тихо заплакала. Потом, скрывая от сына слезы, поговорила с

ним, успокоила, и передала обратно супругу.

4 Даст Бог.

5

Мурад, держа его на руках, прошел в небольшой коридор с окном и опустил сына на

пол возле дверей.

– Иди.

Юсуф стоял, и отцу пришлось несколько раз повторить свою просьбу, прежде чем тот

двинулся с места.

Оглядываясь назад, мальчик шел через двор к выходу робкими шажками. Проделав

полпути к воротам, он обернулся и застыл на месте, приговаривая: «Мама». Амина, побоявшись, что не выдержит и бросится к сыну, убежала обратно в спальню, из

которой только что вышла, и, прижимая лицо к подушке, зарыдала.

– Да заберите вы его оттуда, – раздраженно крикнул Саид.

Сулим, услышав эти слова, передал автомат находящемуся рядом полицейскому и, никому ничего не говоря, вошел во двор и подошел к ребенку. Мурад с товарищами

наблюдали эту картину из окна.

Подойдя к Юсуфу, Сулим присел на корточки и протянул мальчику карамельку, которые

носил с собой с тех пор, как бросил курить. Юсуф взял конфетку, а потом, указывая на

дом, сказал:

–Там моя мама и папа.

– Да, – ответил Сулим, – я знаю. – Он взял малыша на руки. – Они попозже придут, хорошо?

Мальчик кивнул.

Держа на руках ребенка, Сулим пристально смотрел на слабо видимый силуэт Мурада, стоящего у занавешенного полупрозрачной тканью окна.

Они давно знали друг друга, как знают друг друга два злейших врага. Сулим всегда

питал к нему потаенное чувство уважения как к наиболее достойному и благородному

из своих противников.