«Прости меня, мой светлый ангел..»

– И как же её зовут?

– Светлана. Её зовут Светлана.

– А как вы узнали, что её зовут именно так? – Спросил Святослав, наблюдавший за доктором и видя, как он взволнован, но при этом очень доволен собой.

– Агранин, когда вышел следом, назвал её по имени и сказал, что они работали как в старые, добрые времена. А потом он мне сказал, что все в порядке, состояние тяжелое, но стабильное. Но все будет хорошо. И я поехал к вам. Мне нужно поспать, привести себя в порядок. Мирна будет очень расстроена, увидев меня таким.

– Понятно. – Ромин отставил в сторону чашку. – Отдыхайте сегодня, доктор. Я распоряжусь насчет машины. Будете нужны – позвоню. Уж не обессудьте.

– Да конечно. – Штейнман отодвинул чашку и с сожалением поставил пустой бокал.

– А вам.. – Ромин повернулся к Днеевскому и Караеву. – Ты, Арслан, введешь его в курс дела, которым занимался Степанов, покажешь рабочее место, познакомишь с распорядком.

– Ясно, товарищ полковник. – Сухо ответил Караев. – А место выделить Степанова?

– Нет.

– Понятно. – Караев утвердительно кивнул.

– А вы, Слава, как только ознакомитесь со всем, восстановите те данные, что у вас пропали и ко мне на доклад завтра утром. И еще, зайдите в оружейку, получите новое оружие. А свое сдайте. Или на ваше усмотрение. Там уже в курсе.

– Понятно. – Несколько удивленно ответил Днеевский.

– Все. – Ромин встал. – Я вас больше не задерживаю. – Он нажал кнопку интеркома. – Оля, принеси мне, пожалуйста, документы, что там есть.

Караев и Днеевский встали и кивнув на прощание, вышли из кабинета. Ольга, с папками в руках, посторонилась, пропуская их. Проходя мимо, Слава почувствовал на себе её взгляд и, подняв глаза, в упор посмотрел на девушку.

У нее были глаза необычного, тёмно-зеленого цвета, в обрамлении густых, длинных ресниц и Ольга смотрела на него не отворачиваясь. Святослав отвел взгляд в сторону и шагнул мимо, догоняя Караева. Дверь приемной мягко закрылась за ним.

Они шли по коридору, застеленному темным линолеумом. Стены были окрашены в темно-дымчатый цвет, и лишь потолок был неожиданно светло-голубым. «Необычное цветовое решение, – подумал Днеевский. – Оригинально поработал здесь дизайнер». И вспомнил, что у них в отделе было как во всем управлении – темно-синие стены и белый потолок. Вот и все, на что хватило фантазии рабочих. Он ничего не спрашивал у Караева, понимая, что когда придет время тот все скажет сам.