«Прости меня, мой светлый ангел..»

 – Иногда вам придется сталкиваться с такими вещами, которым нет понятного объяснения.

Это было необычное окно. Только на первый взгляд все было, как у всех окон – стекло, рама, жалюзи. Но стоило внимательнее приглядеться, как становились заметны провода и датчики, расположенные по контуру окна, и само стекло имело еле уловимый зеленоватый оттенок.

– И что тогда? – Поинтересовался Святослав.

– Тогда вам придется верить своим глазам и действовать, не всегда соблюдая общепринятые правила. – Ответил Ромин, отворачиваясь от окна.

На столе мягко прозвенел звонок интеркома.

– Валерий Игоревич, здесь Караев. – Послышался в динамике голос Ольги.

– Пусть войдет. – Ответил Ромин, пройдя к столу и нажав кнопку ответа.

Дверь в приемную отворилась и в кабинет вошел невысокий, широкоплечий парень, с едва заметными восточными чертами лица. Он молча кивнул головой Ромину и усевшись за стол, принялся разглядывать Святослава.

– Ты звонил в больницу? – Спросил Ромин, усаживаясь в кресло во главе стола.

– Да. – Коротко ответил парень.

– И как там?

– Пока неясно. Операция закончилась, но состояние Михаила очень тяжелое.

– Михаил Соломонович там? – Ромин тяжело вздохнул.

– Да. – Парень перевел взгляд на него. – Он обещал сделать всё, от него зависящее. Но его возможности не безграничны. И их может не хватить.

– Понятно. А чем-то можно помочь?

– Чем? – Бледно усмехнулся парень. – Если он не сможет, то не сможет никто.

– Ясно. – Ромин задумчиво помолчал и продолжил. – Знакомьтесь.

Похоже манера парня говорить короткими, рублеными фразами передалась ему от начальника. По крайней мере, это было очень похоже.

– Днеевский? – Переспросил парень. – Слышал о тебе. Хорошо стреляешь. Это ты ведь осенью положил троих налетчиков, а главного взял живым?

– Да, я. – Спокойно кивнул Днеевский.

– Хорошо же тебя потаскали потом. Как это ты так мог? Застрелил троих граждан-бандитов! – По его голосу нельзя было понять, шутит он или говорит серьезно.

– Школа хорошая. – Не принимая шутливого тона, ответил Святослав.

– А кто тебя так научил стрелять? – Спросил Ромин.

– Дедушка в детстве.

– А кто у тебя был дедушка?

– Понятия не имею. – Днеевский пожал плечами. – Он не рассказывал. Но наград была полная грудь. И стрелял он отлично.

– Понятно. Но не будем о дедушке. Это, – кивнул Ромин на парня, – Караев Арслан Рустамович.