Я вас всех убью. Часть первая

 – Отстраненно подумала Василя, медленно отпуская руку. – Его кровь. Отсюда она такая алая. А что за сгустки, такими комочками летели? А, так это же мозги были. Его мозги».

Краешком сознания она понимала, что нужно что-то делать, но не знала что. Где-то раздался истошный крик, тут же замерший, словно его грубо прервали. Девушка повернулась к Алёне, и та, что-то увлечённо рассказывающая, замолкла на полуслове.

– Ты чего? – Удивлённо спросила подруга.

– Руслан умер. – Сказала Василя.

– Как умер? Ты что такое говоришь? – Недоверчиво протянула Алёна.

– На него труба какая-то сверху упала. И голову ему разбила. Сама посмотри – вон он на асфальте лежит.

Почему-то она была совершенно спокойна, как будто это происходило не с ней, а с кем-то ещё, с другой девушкой, а она наблюдала всё это со стороны, словно в игре, или в фильме. Вот только сохранится или отмотать пленку назад не получится.

Алёна протиснулась мимо неё и выглянула из окна. Какое-то время она удивлённо и жадно рассматривала тело, лежавшее на дорожке, но спохватилась и повернулась назад.

– Вася, – странным голосом сказал она, – у тебя кровь течёт.

Василя только после этих слов почувствовала, как что-то теплое, щекоча кожу, сбегает вниз по её ногам.

– А мне показалась, что я описалась. Бывает, знаешь, такое с беременными. – Пожав плечами сказала она. – Точно кровь, а не моча?

– Точно кровь. – Подтвердила Алёна.

– Вот же блядство.

– Конечно-конечно, – зачастила девушка, – только ты не волнуйся, хорошо?

– Я абсолютно спокойна, это ты не истери.

– Да-да.. – Алёна торопливо схватила телефон и застучала пальцем по экрану. Наконец, она прижала трубку к уху. – Девушка.. Девушка!. – Громко крикнула она. – Нам пожалуйста «Скорую помощь» на адрес улица Дружбы, дом двадцать один, квартира… Что? Вам звонили и уже выехала? Спасибо.. Какого мужчину?.

Дальше Василя не слышала. Действие адреналина или чего-то там ещё закончилось и первая волна боли ударила резко и неожиданно, словно грабитель из-за угла. И сразу же, следом, пришла вторая волна, от которой её скрутило и она согнулась, словно от жестокого, поставленного удара.