Мое мертвое сердце

Я обхватила горячую миску ладонями, и Нив удовлетворенно кивнула, после чего зачерпнула из котла порцию для себя. Семейство молча и довольно быстро управилось с ужином, не забывая при этом посматривать в мою сторону, будто каждый из них, а не только мать, хотел убедиться, что я сыта. Я из вежливости проглотила пару ложек водянистой каши, пресной и склизской, и перебралась поближе к огню. Ианс голодными глазами уставился на мою почти нетронутую кашу. Видно было, что мальчик давно не ел вдоволь, как, впрочем, и остальные.

Я протянула ему свою миску.

– Будешь?

Он потянулся было за миской, но в нерешительности застыл, искоса глядя на мать.

– Мне самой не справиться с такой огромной порцией.

Мальчик улыбнулся широкой щербатой улыбкой:

– Так уж и быть, помогу! – и вмиг умял кашу под сокрушенное цоканье матери и усмешку старшего брата.

В очередной раз я восхитилась добротой и отзывчивостью этих людей. Нужно иметь большое сердце, чтобы разделить с незнакомкой пищу, которой и самим едва хватает.

Обездоленные, нищие, вынужденные бежать из родных краев, они все же находили в себе силы оставаться человечными.

Солнце скрылось за краем земли, оставив после себя краешек малинового неба, и теперь только пламя костра освещало маленький участок леса и людей, подсевших поближе. Нив усадила дочку на колени и завела сказку, Ианс уютно устроился под ее боком. Тол привалился к дереву с давно потухшей трубкой в зубах и выражением молчаливого умиротворения. За весь день он вымолвил едва ли пару фраз.

Фил выбрал себе место немного подальше. Он также оказался не слишком разговорчивым, но вряд ли по причине смиренного характера. Всякий раз, когда наши взгляды встречались, он смущенно отводил глаза в сторону. Должно быть, он не до конца понимал, как следует себя вести в присутствии незнакомки.

Нив еще не завершила рассказ, как меня снова начала одолевать сонливость. Я завернулась в плащ и улеглась на холодную сырую землю. Хвойные иголки, корни и неровности почвы впивались в бок и подложенную под голову руку, но жар от костра, звуки ночного леса и тихий голос Нив быстро убаюкали меня.

Я снова увидела холм с валунами на вершине. Услышала лязг мечей, звуки сражения, которое почему-то оставалось вне поля зрения. Капли крови на зеленой траве и капли на лезвии меча. Они падали с острия невероятно медленно, каждая капля звучала словно удар сердца. Шум сражения все нарастал, пока не превратился в тонкий крик.