Воин Света и Тихий Океан

Каждое утро зомби вставал, одевался, умывался, ехал на “работу”, исполнял там свои обязанности – перебирал бумаги, пытался готовить бургеры, тыкал указкой в доску, а целый класс зомби-детей сидел за партами и смотрел кто в окно, кто – в парту. Водитель вел автобус по одним и тем же остановкам, на одних и тех же станциях в него входили и выходили одни и те же люди – целый город, если не присматриваться, жил полноценной жизнью, но стоило спуститься на улицы, как ты ощущал вонь гниющих и разлагающихся тел, а на тебя смотрели пустые глазницы.

Быстро оказывалось, что живой человек – лишний в бетонированной 24-часовой зомби-программе. На него сперва подозрительно таращились, потом подходили ближе, ближе, задевали – сперва случайно… А потом я вдруг не успел увернуться от когтистой руки костлявой старушки в черном плаще, которая сорвала с меня тканевую маску на лицо – зомби вокруг тут же взревели. Я не стал дожидаться роботов, сорвался с места, еле успел перебежать проспект, перепрыгнуть через пару заборов, добежать до ближайшей многоэтажки, открыть отмычкой подъезд и захлопнуть за собой стальную дверь, в которую тут же начали скрестись.

Облегченно подумал, что Москва словно готовилась к зомби-апокалипсису – ведь не найти защиты от зомби лучше, чем бетонное здание и лист закаленной стали на входе, который еще и можно закрыть на ключ.

На крышу этого дома я ходил и раньше – охранник на входе не останавливал, хозяевами здания, от безысходности, было велено пропускать любого, кто идет “посмотреть квартиры”, а дверь на крышу никогда не закрывалась.

Я специально шел сюда, потому и взял с собой чай, чайник и термос с кипятком. Мне нужно было подумать.

“…я не уверена, что хочу тебе помогать…” – сказал последний близкий для меня на планете человек. Значит, для меня нет пути назад. Света вернется назад, сообщит всем, кто этот гнусный предатель, который сидит в тарелке вместе с инопланетянами и думает, как уничтожить человечество. Её можно понять. Она присягу давала. Что ей давний школьный друг?

Кроме шуток – теперь я и остальной человеческий мир по разные стороны баррикад.