Сенька-гармонист

В народной медицине используется и лист берёзы, и берёзовые почки, и берёзовый сок, и кора, и берёзовый гриб, и берёзовый дёготь, и уголь. Берёза – долгожитель, живёт от ста до четырёхсот лет. В первые годы деревья растут очень медленно, затем их рост быстро ускоряется. Есть такие берёзы, которые в возрасте ста восьмидесяти – двухсот лет достигают до тридцати – сорока пяти метров в высоту и шестидесяти сантиметров в диаметре. Благодаря тёмным полоскам и чёрточкам на стволе белая берёзка без труда способна переносить и жару, и холод.

Когда становится сильно жарко, они раскрываются и пропускают внутрь всего растения воздух, по мере похолодания, наоборот, сжимаясь, не дают окончательно промёрзнуть.

– А откуда, откуда ты всё это знаешь? – радостно шелестели листья вслед улетающей сороке. – Да не может быть! А мы-то за столько лет, засыпая и возрождаясь вновь, впервые всё это услышали.

Вечерние сумерки, словно сжимаясь невидимым природным обручем, становились темнее и темнее, ветер, вновь усилившись, всё так же пестрил белыми снежинками с дождём окружающее пространство.

Ближе к полуночи сорвавшийся с ветки верхний лист прошелестел:

– Ра-а-аз.

Ему дружно ответили остальные:

– Два, три, четыре, пять, шесть, семь.

* * *

Ранним утром, чуть забрезжил рассвет, сорока, прилетев, вновь расположилась на том же дорожном знаке. Она пристально смотрела на молодую берёзку, вид у неё был несколько опечаленный. По-видимому, она хотела добавить ко всему сказанному самое главное: «Берёза – светлая красавица лесов, о ней написано много стихов, спето и поётся много песен, нарисовано много картин.

Берёза – одно из самых красивых и распространённых деревьев в нашей стране…» Но листьев уже не было.

Счастливый Славка

Мелко накрапывающий весенний дождь за окном городской школы Славке Комелеву преподносил умиротворённое состояние из-за ожидаемых в скором времени летних каникул с беззаботным времяпровождением.

«Сразу же в деревню, – думал он, – к дедушке! У него в летнем саду своя небольшая пасека, мёду прямо-таки завались.

И никаких тебе: «Куда пошёл?», «Пора спать», «Лодырь, бездельник» – и тому подобного… А утренняя рыбалка на удочку в озере, таких карасей ни в одном магазине не сыщешь!»

Тихо чихнув в цветастый платочек, Сания Муртазина, искоса глянув на Славку, внимательно слушала учителя географии Валентина Дмитриевича.

«Расчихалась тут», – подумал Комелев, наклонившись за ручкой, которую уронил на пол.