Наследница Асторгрейна. Книга 2

Но я была уверена, мне не показалось: на мгновение Рейхо потерял контроль, и за моей спиной стоял драх.

– Одевайся, – коротко бросил он, – твой отец уже в Ризенпорте.

Когда двери за ним захлопнулись, я резко развернулась к Рейле, сжимая кулаки от запоздалого возмущения.

– Почему вы не остановили его, когда он схватил меня?!

Юмати равнодушно пожала плечами:

– У него не было намерения причинить вам вред. Всего лишь указать на вашу ошибку.

– Каким образом?! Прижимаясь ко мне… своим… своим… – я даже не могла подобрать приличного слова.

– Извините. Но мы не имеем права вмешиваться, если вам не угрожают физические повреждения.

– Да откуда вам знать, что мне угрожает?!

– Мы чувствуем.

Поймав мой раздраженный взгляд, она добавила:

– Все юмати хорошие эмпаты, а охранниц тренируют с особым тщанием. Эйр Кархадан не хотел ничего предосудительного, всего лишь предостеречь вас.

Я захлопнула рот и несколько мгновений молча обдумывала ее слова. Затем осторожно спросила:

– Рейла… а ты и мои эмоции чувствуешь?

– И не только я, – усмехнулась она, – я же говорила, что охрана знает все о своей подопечной.

– И-и-и, – протянула я, – что же я почувствовала, когда…

Я не договорила, но она поняла.

– Вы испугались. Но это нормальное явление для юной даханни, не знавшей мужчины. Не переживайте, после адаптации все изменится, вы больше не будете бояться.

Я зарычала, смахивая со стола хрустальную вазу с цветами. Опять эта адаптация! Как оно мне надоело! Так, где там мой отец? Сегодня же выскажу все, что думаю по этому поводу.

***

Через пару часов, задыхаясь от волнения, я входила в гостиную дома, где меня уже ждали.

Трое мужчин непринужденно расположились в креслах за круглым столом: Рейхо и два незнакомца.

Едва я переступила порог, они мгновенно поднялись на ноги и впились в меня своими даханнскими глазищами. Я уловила, как расслабился Кархадан, иронично приподнимая бровь. А вот оба незнакомца казались напряженными до предела.

Один из них, тот, что постарше, шагнул в мою сторону с горящим взглядом. Высокий, широкоплечий, затянутый в белый с золотом китель, с шелковой перевязью, украшенной россыпью бриллиантов, и адмиральскими эполетами на плечах – эрзун, глава рейна, мой отец. Его белоснежные волосы ложились на поднятый воротничок мягкими прядями, изящные черты лица застыли, точно выточенные из белого мрамора, а в расширенных зрачках, похожих на две звезды, светилось узнавание.