Агент русской разведки

Каждый вооружался длинной палкой с железным обручем, набитым на острие: мол, если русский бросит в него палкой, так и он долбанёт его по голове.

И вот набралось немереное количество отрядов из числа горожан. Одни шли в войско по глупости, другие по незнанию, третьи по причине истовой веры в священность войны, хотя даже само духовенство не могло толком объяснить, как этот поход стал религиозным обязательством.

Когда Музаффар увидел несметные толпы людей, растянувшихся на два фарсаха[10 - Фарсах (фарсанг) – среднеазиатская мера длины в XIX в.

, равная примерно 8534,25 м.] – что в длину, что в ширину, его сердце забилось от прилива гордыни. Голову вскружило сознание безграничной силы и непобедимости. Под его влиянием эмир принял безрассудное решение:

– О Аллах! Благодарю тебя, что обратил внимание на своего главного раба! Я с таким войском дойду до самого Петербурга. Я дойду до столицы русского императора и низвергну его!

В окружении свиты Музаффар представлял себя самим Тамерланом, а грохот барабанов и резкие гласы труб – вестью о своём невероятном достоинстве самим небесам.

Он приказывал делать остановки каждые полфарсаха и пировал с приближёнными по двое суток. Так продолжалось около двух месяцев, пока войско наконец не достигло водоёма, называемого Вонючее озеро – Сасык-куль.

К этому времени многие уже раскаялись, что отправились в этот поход, и даже грешным делом думали спасаться бегством, потому как недостача провианта дошла до последнего предела.

Бойцам за веру ничего не оставалось делать, как просить или вымогать пропитание.

Между тем русские даже и не думали выступать навстречу. Узнав от разведчиков о приближении войска Музаффара, покрывшего окрестности, словно саранча, командование благорассудительно послало гонца в его лагерь с предложением мира. К несчастью для бухарцев, то ли Аллах отвернулся от эмира, то ли министры не смогли внятно объяснить ему содержание письма, но Музаффар с напыщенным видом отверг предложение русских.

В итоге встреча противников всё же состоялась. Вскоре на горизонте появилось российское войско численностью около двух тысяч солдат во главе с генералом Кауфманом. Бухарцам показалось, будто на них надвигается железная стена.

Только эмир Музаффар сохранял безмятежность, удобно расположившись в палатке, раскинутой на возвышении.

– Мы повелеваем завлечь русских в невыгодное для них место, окружить, связать и забрать в плен! – приказал он.