Амурский сокол

Именно тогда Никодим заметил, что, несмотря на численный перевес, китайцы не отличаются высокой дисциплиной и организованностью: как только казаки наседали, китайцы беспорядочно отступали. Сотне Юрковского не составило бы труда разгромить цинский отряд, но гибель командира спутала все карты[6 - Казацкая сотня составляла в военное время 132 человека.].

Неудивительно, что казаки возвращались домой в подавленном настроении.

После завершения операции Никодим в составе сотни отправился в Верхне-Благовещенск. Для встречи казаков на правом берегу собралось много поселковых, среди них заметно выделялись яркая рубашка и кудрявая голова приказчика купца Афанасьева.

– Господин младший урядник! – крикнул Василий, узнав Никодима. – Моё почтенье!

– Будь здоров, мил человек!

– Куда путь держишь? – спросил Василий, заметив, что младший урядник оторвался от сотни и направился вглубь посёлка.

Никодим, получивший разрешение старшего урядника проведать крестника, повернулся в седле на полкорпуса и спросил в ответ:

– Тебе какое дело?

Он невзлюбил приказчика после первой встречи за дурную кичливость.

– Небось, к Марье направился?! – Василий не отставал и держал своего коня рядом с лошадью Никодима.

– Предположим…

– Это твой, что ли, ребёнок у неё?

– Мой! Дальше что?

– Да ничего. Мне теперь всё равно!

Василий стегнул своего коня и, гикнув, помчался вперёд. Никодим проводил его долгим взглядом и, вспомнив, как Марья в сердцах называла незадачливого ухажёра, покачал головой: «Чёрт кудрявый».

– Ой, кто к нам в гости пришёл! – воскликнула Марья, не прерывая кормления младенцев. – Смотри, Серёженька, твой крёстный пожаловал…

Никодим снял папаху и церемонно поклонился:

– Здравствуй, Марьюшка! Ну, как вы тут? Справляетесь? Как мой сокол ясный?

– Проходи, Никодим. Всё хорошо. У Серёженьки аппетит отменный. Спит спокойно, не капризничает. Настоящий богатырь.

– Ну, слава тебе господи! А то я волновался, что не примет тебя и капризничать станет.

– А как ты, Никодим? Я смотрю, снова на службу подался?

– Да видишь, как всё повернулось?! Грех отсиживаться в такое неспокойное время.

– Всё у меня есть, Никодим, не изволь беспокоиться, – сказала Марья с улыбкой. – Вот мужские руки не помешали бы, да это не срочно. Придёшь с похода, тогда милости просим. Мы будем ждать.