II. Маска Зорро. Голубой бриллиант

В ответ на удивление в направленных на него взглядах он пояснил, что Тито сейчас возьмет след Торнадо и поведет их за собой. Если он пробежит мимо главного перекрестка и через полкилометра направится на юго-восток, это будет означать, что Изабелла поехала в Гранит, потому что именно там, в стороне от главной дороги, пролегал путь в дальнее укрытие Зорро, и других вариантов быть не могло. Керолайн нехотя согласилась с логичностью доводов и проследовала к едва видимой среди разноцветного скопища лент и бантов Бусинке.

– А что такое Гранит? – тут же вцепился в Линареса дон Рафаэль, услышав таинственное название.

– Укрытие, где сейчас находится Изабелла, – попытался уйти от расспросов Рикардо.

– А почему Гранит? – приблизил свою лошадь к лошади спутника Веласкес.

– Не знаю.

– Оно из гранита?

– Вряд ли.

– Цвета гранита?

– Нет.

– Гранитная отделка?

– Не похоже.

– Тогда почему Гранит?!

– Не знаю.

– И Зорро никогда не говорил?

– Я не спрашивал.

– А он ответит, если спросить?

– Может быть.

– А ты спросишь, когда он приедет?! – почти подпрыгнул в седле дон Рафаэль.

– Я думаю, у тебя это получится лучше.

– А если он мне не ответит?

– …

– Тогда ты спросишь?!

– Если не забуду…

Веласкес торжествующе потер руки и пришпорил своего скакуна, чтобы догнать четвероногую тень далеко впереди. Рикардо глубоко вздохнул.

– Тито, кис-кис! – раздалось впереди.

Промелькнул главный перекресток. Линарес устало запрокинул голову: еще пять минут – и они поедут по домам.

– А разве Тито не должен был пробежать дальше? – вытащил молодого человека из фантазий об объятиях Морфея чей-то тихий голос с британским акцентом.

Дон Рафаэль нашел новую жертву и атаковал Керолайн расспросами о Граните, в связи с чем они оба на время отвлеклись и потеряли проводника из вида, а Рикардо в очередной раз задремал в седле, поэтому отклонение от намеченного курса заметила только Шарлотта. Тито добежал до перекрестка и, начав движение на север, вынужденно остановился в ожидании отстающих спутников.

– Ты же говорил, он повернет за перекрестком, – подъехал Веласкес.

Линарес, пристально наблюдая за псом, начавшим бегать взад-вперед, словно призывая следовать за ним, напряженно процедил:

– Я помню, что я говорил.

– Тогда почему он направился в противоположную сторону?

– Рикардо, что это значит? – подоспела Керолайн.

Линарес молча взглянул на безлюдную дорогу и незаметно сжал поводья своей лошади.