Не потеряй меня

Только что оно означает? Это защитный механизм или сторож?

И должна ли она быть благодарна ему за вмешательство?

– Болит? – Оритейл с силой схватил ее за больную руку и прищурился, разглядывая переливающийся жидким золотом шрам.

– Нет, чешется! – прошипела Варя сквозь зубы. Возбуждение исчезло так же мгновенно, как и появилось. Осталось только чувство опустошения, неудовлетворенности. В эту минуту девушка ненавидела Оритейла. Ведь это он виноват в том, что ей больно.

– Ничего, скоро пройдет.

– Скоро? – Варе на мгновение показалось, что она ослышалась или неправильно поняла.

Оритейл скользнул по ней пристальным взглядом. Мокрая. Жалкая. Съежилась и дрожит, как собачонка под дождем. С мокрых волос стекает вода, капает в бассейн крупными каплями. Даже тейтры слегка потускнели, словно стараясь слиться с кожей.

– Ксарт поставил на тебя демоническую привязку.

Голос мужчины был сухим и холодным.

Глаза Вари округлились от изумления, смешанного с негодованием.

– То есть, вы знали, что мне будет больно, и все это здесь, – она сделала неопределенный жест рукой, – было лишь представлением?

– Скажем так, мне нужно было подтвердить свои подозрения.

– Подтвердили?

– Как видишь. Ты бесполезна для любого, кроме того, кто оставил на тебе эту метку, – он еще раз сжал ее пострадавшую руку.

– Что? Что это значит? – Варя уставилась на него, ожидая ответа. – В чем бесполезна?

– Во всем.

Черт! Отличная новость.

Варя скривилась.

Перед внутренним взором появился образ мужчины в черном плаще. Почему он так с ней поступил? Зачем пометил ее?

– Видимо, он не хотел, чтобы я воспользовался тобой. Он готов убить тебя, лишь бы ты не досталась другому, – задумчиво произнес Оритейл, и девушка поняла, что последнюю фразу сказала вслух. – Но возникает вопрос: почему? Что в тебе такого особенного?

Он взял ее двумя пальцами за подбородок и заставил поднять голову кверху.

– На невольничьем рынке Ксарт увидел тебя в первый раз, как и я. И он пришел туда раньше меня, значит, интерес к тебе вызвало не желание мне насолить. Тогда что же? Я не вижу в тебе ничего необычного. У меня было много нун, я научился использовать их к обоюдному удовольствию. И ты бы не осталась обиженной.